Я брыкалась, как могла, но моё сопротивление наоборот разодорило мужчину. Когда горячие руки вдруг юркнули под рубаху и дотронулись до оголенного живота, я содрогнулась и закричала настолько сильно, что у самой прилично зазвенело в ушах, а про незнакомца, так вообще молчу — его, кажется, контузило.
— Сволочь! Козёл!— невинно распалялась я, другие же броские слова скромно звучали в стороне.
Видимо, мужчине не понравилось моя излишняя болтливость и крикливость, поэтому он поспешил заткнуть мне рот в лучших традициях романтики — поцелуем. Сухие черствые губы накрыли мои, от чего я пришла в культурный шок. Но то была неловкая секунда, после чего я дернулась под мужчиной настолько сильно, что удалось на короткий миг ослабить хватку на моих запястьях — это меня и спасло от невыносимого продолжения.
Освободившейся рукой я попробовала проверить прочность чужой челюсти, но дрожащие пальцы в никакую не желали меня слушаться, поэтому лишь удалось прочертить острыми ногтями по грубоватой щеке.
— Вот гхардовская девчонка! — зашипел от боли Хэн, наконец-то оторвавшись от моих губ. А затем была вторая порция пощечины за сегодня.
В глазах знакомо потемнело. Паника вместе с обжигающей болью заполонило дрожащее тело.
Это конец, Женька! Фэнтезийный хоррор резко перешёл на фэнтезийную бредятину опасного жанра.
Горячее дыхание опалило кожу на шее, после чего последовали отвратительные лобызания, которые дорожкой двинулись с ключиц к оголенному плечу. Я зажмурилась от страха, превозмогая отвращение. В носу противно защипало, обещая мне градом сопли и периодические пошмыгивания.
— Ты ещё пожалеешь, — зло пообещала я, не спуская немигающего взгляда с пьяного мужчины.
Но Хэн даже меня не слышал. Он был занят любованием того, что было чуть ниже ключиц. Однако стоило ему только опасно наклониться к моей груди для того, чтобы снять с меня рубаху, как я от отчаяния со всех сил дернулась к его лицу и зубами вцепилась в ухо. Привкус металла тут же заполонил весь рот, но вместо того, чтобы зависнуть в рвотном созыве, вкус чужой крови мне понравился. И это меня напугало.
Взревев раненным зверем, Хэн попытался вырваться и тем самым ослабил свою хватку — этим я и воспользовалась. Не растерявшись, я разжала зубы с чужого уха и с размаху зарядила лбом по волосатой голове, а затем, когда в глазах качественно потемнело, наугад жахнула ещё кулаком. Послышалось тяжёлое «бах» и невнятное шипение. На ощупь попыталась подняться, а когда темные пятна уступили место привычной ясности, дернулась в сторону своего оружия, но, не заметив на полу лежащего мужчину, споткнулась и больно ударилась об стоящий рядом шкаф плечом. Теперь пришла моя очередь шипеть от боли.
— Чертовка! Убью! — заголосил мой «первый клиент», очухавшись.
«Ха! Вот тебе и предварительные ласки, урод!» — с весёлым злорадством прозвучало в голове.
Тело подо мной опасно зашевелилось, что заставило опомниться и устремить руку с кольцом в сторону дисептро, чтобы почувствовать холодный металл под кожей, дарящий чувство безопасности. Но Хэн не позволил мне этого сделать — вовремя схватил меня за лодыжку и сильно дернул в свою сторону, к кровати.
— Иди сюда, демонова девчонка! — не успокаивался последний, а затем добавил мимоходом: — Я научу тебя, как надо обращаться с мужчинами!
Ой, кажется я совершенно случайно — в порыве страсти, не иначе — попала пяткой ему прямо в живот.
— Вот дрянь!
— Руки убрал, пьяная свинья! — не осталась в долгу я и, резко подавшись вперёд, успела схватить один из дисептро.
Мужчина даже не успел среагировать. Нити, кажется, их были десятки, устремились к Хэну с бешеной скоростью, словно голодные змеи, оплетая того белоснежной паутиной и заключая в кокон. Буквально через пару секунд на полу уже лежало тело, пойманное в сплетенную ловушку. Тихое мычание и даже, если прислушаться, крики заставили меня наконец-то облегчённо выдохнуть. Теперь я была в безопасности.
С трудом отложив холодное оружие в сторону, я попыталась прийти в себя. Руки все еще знатно потряхивало, а во рту чувствовался металлический привкус. И я не знала, чья это была кровь — его или моя.