- Спасибо, что предупредила, - едва ворочая языком, поблагодарила я блондинку и с трудом отлепилась от нервной особы.
- Так что?
- Да, успокойся ты, не собираюсь я помирать, - пробубнила, будто пьяная. - Всего лишь перегрелась на солнце.
На меня посмотрели, как на дуру.
- Ты имеешь ввиду Эгер хэй Шицы?
Эгер... Что? Теперь настала моя очередь смотреть на Винку, как на обычную земную блондинку.
- Эгер! - указательный палец плавно указывает на самое первое светило, которое возглавляет рассветы и закаты. - Шицы! - последний тычок достается замыкающей звезде, спутнику Эгера.
Если бы не отвратное состояние, то я бы сейчас даже умудрилась бы покраснеть от стыда. Вышло и вправду неловко. Кто там говорил, что попытается не вызвать лишних подозрений?
- Ах, да! - пришлось даже натянуто улыбнуться и под внимательный взгляд импровизировать. - Я... гмм... фии́гали.
В голове что-то смутно зашевелилось и болезненно откликнулось, но я сдержала порыв скривиться.
- Путешествую по странам. У эльфов Эгера и... Шицы называют Солнцем.
Реакция Винэллы сначала была мне не понятна: строгий взгляд, внушающий ужас разоблачения, затем какое-то ликования в глазах, а потом и вовсе счастливая улыбка.
- Почему сразу не сказала, что ты фии́гали?! - обрадовалась слишком громко блондинка, из-за чего в ушах прилично зашумело. - Так, значит, побывала в Хэллсайде?
Хэллсайд... А, точно! Страна эльфов. Что-то в голове прям все очень плохо, словно тумана напустили.
- Ага, - просто кивнула, пытаясь удержать нейтральное выражение лица.
- Ну как там? Всё также, как и пишут в книгах?
А девчонка-то образованная, книги читает. Нужно будет взять на заметку.
- Да-да, всё также. Восхитительные и красивые эльфы, чудесные пейзажи и удивительные обычаи, - ответила расплывчато, а затем... боль, неожиданная и яркая настолько, что мои ноги подкашиваются и я падаю коленями на землю, хватая ртом едкий воздух, который разъедает легкие кислотой.
- Эй-эй, что с тобой?!- то ли панический крик, то ли испуганный шёпот.
В висках бьётся набадум появившейся из ниоткуда пульс, отрезая меня от голосов и звуков реального мира, словно был готов для этого даже пробить изнутри череп.
Быстрые вдохи-выдохи вырывались из горла судорожными хрипами: тупая боль окольцевала лёгкие, перекрывая путь к кислороду. Что со мной? Где воздух?!
- Не могу дышать, - прохрипела не своим голосом.
Вместе с испугом накатила обжигающей волной ещё одна доза невыносимой боли, скрутившая горло в тугой мучительный узел. Пальцы вцепились в нагрудник мертвой хваткой, пытаясь разодрать одежду в клочья и тем самым успокоить разгорающийся внутри пожар. Нутро пылало, беспощадно жгло внутренности, кости трещали будто их обливали раскаленным маслом. А затем нос противно защипало и на мозолистые руки рекой потекла чёрная горячая кровь. Рот за считанные секунды заполнился ею, этим горьковатым привкусом, она была на шее, одежде, казалось, словно ей не будет конца.
Я слышала, как от этого вида испуганно вскричала блондинка. Слышала, как из груди выскакивает её и моë сердце. В тот момент животный ужас обуял нас обоих. Уверена, Винка думала о том же, о чем и я: а вдруг я сейчас умру?
— Нет-нет, — сипло запричитала я, захлёбываясь кровью. — Пожалуйста... Только не сейчас.
И с трудом поднявшись на ноги, я побежала. Побежала туда, куда меня понесли дрожащие ноги.
- Стой! Куда?! - прорвался обеспокоенный окрик сквозь вату.
Я содрала с себя платок и, смяв её в комок, выронила из подрагивающих пальцев. Ветки деревьев хлестали по лицу, но по сравнению с пожиравшей меня болью это было ничем.
Вода... Вода! Мне нужна вода! Тело бросало то в жар, то в холод, сознание же то выкидывало из тела, то возвращало обратно. Деревянные корни всячески цеплялись за ноги, заставляя меня вновь и вновь оказываться на земле. Но каждый раз я поднималась и невидящим взглядом стремилась к озеру. Откуда-то я знала, куда мне идти, чтобы оказаться у водоёма.
Вот я на секунду замечаю в отдалении кромку мутноватой воды, а затем вцепившись в неё намертво бегу, что есть сил. В голове с каждой секундой становится темнее, заставляя меня бежать в полной темноте. Не дыши! Не дыши, Евгения! Ты же мертва, тебе не нужен воздух! Не дыши... Охрипшее горло инстинктивно глотает ядовитый кислород, принося за собой новые мучения и одновременно мимолетнее облегчение.