- Пожалуйста, я сделаю всё что угодно.
- Сделаешь, конечно, сделаешь, - незнакомец нависает над ней и его губы шевелятся в едва уловимом шепоте.
Вся кожа около живота немеет, ноги и руки не хотят слушаться. Нужно подняться. Нужно встать. Нужно помочь. Расфокусированный взгляд исподтишка пытается найти повозку и натыкается на деревянные колеса. Правильно, там дисептро. Он поможет. Он спасёт. Осторожно поворачиваю голову, морщась от боли, что при каждом движении вгоняет сломанное ребро ещё глубже, и блуждаю глазами по многочисленным черным ботинкам. Сколько их? Девять? Десять? Нет, одиннадцать. Только бы доползти...
- Тварь! Убью! - неожиданно вскричала блондинка, когда мужчина отстранился. - Только тронь её! И я заставлю тебя страдать, захлёбываться в собственном дер...
Тяжёлый кулак с размаху ударил Винку по животу, из-за чего она согнулась дугой и захрипела от боли, как несколько минутами ранее я. Подавив в себе порыв броситься на мужчину, я продолжила незаметно ползти в сторону телеги. Потерпи, Винка, потерпи. Я обязательно спасу нас.
- Думаешь, что сможешь? - тем временем продолжил насмехаться Хайт, будто подслушав мои мысли. - Признаюсь, ты мне никогда не нравилась, вот из-за этой пустой болтовни и нелепых угроз. Я даже рад, что появился повод тебя приструнить, - а потом секунда каких-то размышлений и он гадко добавляет: - Как считаешь, если изуродаю твое лицо, этого будет достаточно? Твое самомнение поубавится?
- Тебе не кажется, что ты перебарщиваешь? - уже менее уверенно обратился к брату Хэн где-то на заднему плане.
- Завались.
При каждом рывке в животе всё превращалось, кажется, в одно сплошное кровавое месиво, но я терпела, старалась и молчала, пытаясь подавить болезненные вскрики. Когда осталось всего ничего, тяжёлая подошва придавила мою вытянутую в сторону руку.
- Так-так, кто тут у нас? - подельник Хайта приложил ещё больше сил и практически полностью вдавил мои пальцы в землю.
- Хайт, - уже другой незнакомец окликнул грузного мужчину возле Винки. - Здесь это... девчушка Хэна очухалась.
Брюнет с темной татуировкой на лице сразу же отреагировал, его голубые глаза с раздражением уставились на меня. На нём была серая рубаха с темным нагрудником, под которой бугрились мышцы, руки были обвиты черной кожаной лентой, штаны, плотно облегающие икры, подчеркивали сильные ноги, на поясе болтались ножны стального меча. Он был полной противоположностью Хэна, что был похож на обросшего гуляку, которого изрядно покидала жизнь. Лицо Хайта не выражала никаких дружеских эмоций, сломанный нос был изуродован шрамом, а выдающийся острый подбородок уходил чуть в сторону. Вот значит кого называла Винка Кривым.
- Поднимите её, - последовал незамедлительный приказ, после чего всё внимание с блондинки медленно перетекло ко мне.
Меня резко вздернули вверх двое здоровых мужчин, заставив взвыть от боли, что распирала живот.
- Как зовут? - он оказался настолько близко, что моё дыхание повторялось только через раз.
Хотелось заплакать, зарыдать, но я держалась. Прости, Винка, я и вправду ходячая катастрофа. Ты же говорила, что наказание последует незамедлительно, а я не поверила. Дура. Нужно было загрызть Хэна ещё тогда в комнате.
- Отвечай, - холодно донеслось со стороны.
Я вскинула голову, и капюшон медленно осел за спиной.
- Не трогайте Винку, я поеду с вами!
- Имя! - уже требовательнее.
Где-то в животе зашевелился противный и такой слизкий страх.
- Евгения, - шёпотом произнесла я, ловя на себе виноватый взгляд блондинки.
- Евгени́я, - Хайт попробовал это имя на вкус, не спуская с моих глаз странного взгляда. - Ведьма?
Мне стало не по себе.
- Нет, - дрожь в голосе не укрылась от пристального внимания.
- Врёшь. У простых людей не бывает таких глаз, - он прикоснулся к моему подбородку и потянул носом возле моего уха. - От тебя просто разит черной магией.
Я вздрогнула от пробежавшего по коже отвращения. Хайт был почти прав в своей претензии, и это на какое-то мгновение заставило меня задуматься. Даже если проклятая энергия питала меня и поддерживала мой человеческий облик, факт того, что я нежить, не менялся. От меня все еще было трудно избавиться. Эта мелькнувшая на задворках мысль придала уверенности. Значит шанс выбраться из этой переделки все-таки был.