Нервно сглотнув, я осторожно приблизилась к бессознательному телу, наклонилась и коснулась дрожащими пальцами шеи — и облегчённо выдохнула. Пульс был, только какой-то слабый и заторможенный. Ну, по крайней мере она жива, а это уже что-то. Попробовала привести в чувство блондинку, окликнув её, но в ответ получила тихое равнодушие. Потрясла за плечи — голова блондинки безвольно мотнулась в сторону. От души заехала по физиономии — испытала удовлетворение, но ожидаемого результата не получила.
«Это всё стресс! Не стоило ее нервировать!» — вклинился в панику совсем некстати внутренний голос, пытаясь устыдить мертвеца, но тут же был жестоко задушен на корню.
Дотронулась до горячего лба, мысленно перебирая в голосе все недуги, симптомами которых был жар и обморок. Список был далеко не радостным, однако именно он навел меня на кое-какие размышления по поводу средневековой медицины. На земле с таким же развитием, как здесь, люди массово помирали, как мухи. Они покидали мир даже в присутствие врача, а сейчас — его нет рядом.
Так, без истерики и паники, без преувеличений и постановки приблизительного диагноза берём себя в руки и прогоняем всякую дурь из головы. Если это обморок, очухается, если что-то запущенное — будем оказывать первую помощь. Я огляделась по сторонам.
Наш транспорт застыл изваянием преданности поблизости, хотя мог воспользоваться ситуацией и бросить никчемных наездниц. Что же касается рассвета, то два светила, Эгер и Шицы, плюнули на петухов и ускорились занять своё законное место, подливач ещё больше масла в нарастающий огонь. Солнце... Если снова будет жара, то это ни чем хорошим не закончится.
Решение было окончательным. Добираемся до редколесья, делаем привал и сразу же отправляемся в путь, как только наша припадочная придёт в себя. Лишь бы не померла.
14.2 Глава
Меня слегка качнуло в одну сторону, затем повело в другую. Голова казалась настолько тяжёлой, что якорем тянуло вниз, на встречу земному притяжению. Спину покалывало от долгой и напряженной позы, но это не мешало мне бессовестно клевать носом. Усталость была настолько сильной, что меня ежеминутно выкидывало сначала в темноту сновидений, а затем, после того, как я в полудреме вновь осознавала, где нахожусь, инстинкт самосохранения силком возвращал меня обратно, в жестокую реальность магического мира.
— Я не сплю, — сонно бурчала моё обессиленное сознание себе под нос в попытке заткнуть проснувшегося во мне паникера.
Именно во время очередного такого бурчания неожиданно для меня сверху что-то шарахнуло, а затем прогремело так, что от испуга сердце упало в пятки, следом же отнялись и сами ноги. Обрывочный сон недовольно помахал мне ручкой и исчез из поля зрения усталой физиономии. Смелости на то, чтобы открыть глаза, хватило только через пару секунд. И то, что я увидела, мне не понравилось.
— Этого мне ещё не хватало, — хрипло выдавила я, уставившись на предгрозовые тучи.
Отлипнув от дерева, я соскочила с насиженного места. Первым делом направилась к лошадям, которых следовало перевязать более надежно, чтобы копытные не дали деру, а затем поковыляла к блондинке. Последняя, к слову, благодаря моим стараниям, лежала на самодельной кровати и сопела во весь нос: подушка из габаритной мужской рубахи, найденная на седле моего коня, покрывало из порванной тряпки, обивкой которой послужила обычная трава и что-то похожее на лопух, одеяло из жилетки блондинки и ещё из какого-то куска неизвестной мне материи. Всё было под стать тому, чтобы куртизанка наконец-то выспалась и проснулась в хорошем расположении духа, но её забытье никак не хотело возвращать блудную попутчицу обратно, к своей мертвой подружке.
По мере приближения грозы ветер становился сильнее и поднимал клубы песка, вращая их возле нашей разношёрстной компании. Пару раз опрокидывал мой капюшон назад и хлестал по лицу моими же волосами. Небосвод стремительно темнел, пугая тяжестью высохшего вдруг воздуха. Аромат приближающихся проблем щекотал нос.
Схватив постель блондинки за края, я потащила шестидесятикилограммовый груз в сторону низкого дерева, чьи кроны едва касались земли. Дождь обещал быть сильным и, кажется, долгим, потому что темные тучи закрывали весь небосвод. Вероятность того, что мы промокнем до нитки, не вызывала сомнений. Тем более мокрая одежда на Винке не способствовала бы её скорейшему выздоровлению — пришлось подстраховаться.
— Да чтож ты тяжёлая такая! — кряхтя, как бабка, запричитала я, но спальный мешок до пункта назначения все-таки дотащила.