— Без паники. Только без паники, — я приподнялась на подрагивающие ноги и вновь принялась буксировать довольно тяжелый груз.
Сможем ли мы сбежать вдвоём? Нет, не так. Удержу ли я её, если мы поскачем на одной лошади? Я слабо всхлипнула. Нет, я не смогу. Она слишком тяжёлая, мои руки просто не смогут одновременно управлять конем и придерживать блондинку — она упадет. Что же делать... Я не могу бросить её. Затравленный взгляд наткнулся на кучку травы, которая послужила подстилкой для Винки. А если... Нет-нет, это же абсурд. Верная смерть. «Сумасшедшая, мы в любом случае помрем!» — взвизгнул инстинкт, не выдержав моей внутренней беготни.
— Прости меня, Винка, — я оставила блондинку возле каких-то зарослей и на быструю руку соскребла всю горку растительности к бессознательному телу.
Пальцы не слушались меня, но я смогла справиться с узлом на кровавой ноге. Придется ей полежать так — без бинтов. Испачканную тряпку я зафиксировала на своём запястье: думаю, так внимание неизвестных тварей будет сосредоточено на мне. Вынув из кожаных ножн, что были закреплены под рубашкой куртизанки, клинок с деревянной ручкой, и сжав зубы покрепче, я провела лезвием по своей белоснежной ладошке. Кровь тут же закапала на траву и одежду Винки.
Рану слегка защипало, в воздухе появился слабый запах гнили, смешанный с душком загноившейся болячки. Надеюсь, мой запах собьёт неизвестных тварей с Винки.
— Кто-нибудь, — из под листвы и другой растительности послышался хриплый и такой знакомый голос. — Пить. Хочу пить.
Да вы шутите?! Почему так не вовремя?
— Тихо, — я приложила палец к губам и смахнула с её лица пару листочков. — Не шевелись.
— Снова ты? — куртизанка слабо застонала. — Где мы? Что ты накинула на меня?
— Нет времени объяснять, — я перешла на шёпот. — Слушай внимательно, Винка. Ты сейчас лежишь и не двигаешься, а лучше — вообще не дыши. Пока эти твари не уйдут, не высовывай свою голову, поняла?
— Что ты несёшь, сумасше... — гулкий рев отразился от деревьев и заставил нас обоих замолкнуть.
— Прячься, — взяв пару лопухов в руки, прикрыла её лицо. — Я отвлеку их внимание на себя.
Поднявшись с места, я побежала к Чернокрылице. Но не успела я схватить её за уздечку, как к нам, ломая все кусты под своим напором, выскочила одна из этих кричащих гиен. Моё тело окоченело от ужаса и слабо затряслось: четвероногая с лисьей мордой и большими ушами-стрелками, местами сверкали темные чешуйки, а на лбу восседал овальный твердый вырост. Но испугало даже не это — оранжевые, как два огонька, глаза с горизонтальными зрачками и острые зубы, которые были выложены в два пугающих ряда. Эта тварь была мне до пупка, однако, когда в темноте её хищный взгляд отыскал меня и заметил кровавую повязку на запястье, махина не постеснялась уровнять наши габариты и встала на задние лапы, вымахав аж под два метра.
Лошадь блондинки, не выдержав такого панического зрелища, вырвалась с захвата и подалась галопом в противоположную от твари сторону. Мой конь тоже попытался дать задний ход, но сил на то, чтобы сорвать привязь, у него не хватило, поэтому он стал жалобно фыркать и переступать с копыта на копыто.
Если честно, я надеялась, что хищная зверушка пуститься следом за улепетывающей животинкой, но даже сейчас удача решила, что поворачиваться ко мне лицом она не планирует: существо лишь мельком мазнуло по улепётывающей Чернокрылице и с голодным выражением на морде аппетитно облизнулось на мои ляжки. На такой провоцирующий намёк я незаметно положила подрагивающую руку на металл дисептро.
— Может договоримся? — предприняла глупую попытку одна из моих сторон, которая имела опыт в переговорах — в переговорах с людьми, а не с иномирными тварями.
Я не заметила, как это жалкое подобие оборотня-переростка оттолкнулось от земли, когтями распоров траву, и бросилось зубастой мордой вперед, желая вцепиться в моё горло. Нити дисептро рванули в сторону опасного хищника только тогда, когда я на собственной экипировке ощутила взмах чешуйчатой лапы, которая бритвами прошлась по серебристому нагруднику, оставив три длиные полоски. Но стоило этой твари оказаться на земле полностьюэх связанной, как она издала такой скулящий и гортанный вой, что мои уши едва не свернулись в трубочку. Родственничкам же этой нечистой силы дважды повторять не пришлось: они ускорились, на ходу извещая о том, что если найдут обидчика своего сородича сразу, то оставят от него только мокрое место. Как я это поняла? По разгневанному рычанию стаи в ответ.