– Да?
– Я почему-то не могу этим фактом гордиться!
– Я тоже.
– Я тоже. Но… – чешу репу как обычно, – Что делать-то?!
– Пока не знаю. Я и позвал вас поэтому. Но в том, что я не хочу быть марионеткой в чьих-то хитро…опых лапах, нашими руками разгребающих дерьмо – я уверен!
– Хм… Никогда об этом не задумывался. Что мы будем таскать каштаны из огня для какого-то дяди… Промывка мозгов в моём случае, как говорится, сработала. – Цезарь кусает губы, – Но, похоже, в том, что нашими руками и правда – будут делать грязную работёнку, сомневаться не приходится. И поскольку мы можем работать без оружия – (Как и с ним!) я вполне представляю, что это может быть за работёнка.
– Точно. Вплоть до убийства. Потому что – вот что главное! Даже если кто-то из нас кого-то убьёт, мы, как подростки – пока не подлежим полноразмерному Уголовному наказанию. Максимум – колония для несовершеннолетних. А уж там мы в обиду себя…
– А я думаю, те, кто нас «создаёт» просто не допустят такого. «Разбазаривание ценного материала»! Нас отмажут. Вон, как Цезаря. Да и тебя, Волк.
– Это верно. Отделывались, как говорится, лёгким испугом. – дёргаю щекой. – Ладно, мысль понятна. Но – вопрос остаётся. Что делать-то будем? Идти сдаваться в ФСБ?
– Плохая мысль. Оружие, осознавшее, что оно – оружие, и желающее откосить от своей Миссии – своему Хозяину бесполезно. И, скорее всего, подлежит уничтожению. Чтоб не разлагало собратьев. Морально. И не трепалось посторонним о…
– Звучит логично. Прямо как в штатовских боевичках – где всё просто и понятно.
– Не бывает в жизни всё просто и понятно. Поэтому.
Предлагаю обдумать на досуге всё, что мы обсудили, и придумать варианты… выхода. Без сдачи официальнымвластям. А пока – разбежаться.
– Ага. Разбежаться. Мы-то разбежимся… Да только те несколько десятков операторов, которые в Центре Управления «ведут» нас, уже десять раз догадались, даже если и не слышали, что мы что-то тут против них всех замыслили. Как с этим?
– А с этим просто. Скажем, что обсуждали, как бы окончательно добить местную, в-смысле, приресторанную, внутрирайонную диаспору китаёз. Чтоб выдавить их с насиженных мест. Понравилось нам, дескать, как прошла потеха!
– Хм-м… А ведь это может прокатить.
– Да, согласен. Ну и что же мы конкретно «придумали»?
– Вот! Именно это я вам сейчас опишу. – и Влад говорит. Конкретно, по делу. Продумал он, паршивец такой, и правда – всё.И неплохо. Я слушаю, и думаю: да, это может сработать. И позиции китаёз наверняка сильно ослабит. Но!
Отдаёт от этого плана за версту самым обычным… терроризмом!
Ну, плюс порча чужого имущества.
Светит и нанесение тяжких телесных…
Но когда нас это останавливало?!
19. Ящеры
Пока иду и еду домой, успеваю много чего передумать.
Всё оно теперь предстаёт несколько в ином свете. Например, то, что тренер ест с нами фактически из одной кастрюли. Или казана. Как и его жена. А вот насчёт киселя или компота… Тренер пьёт его за милую душу – сколько раз видел, а вот жена…
Пьёт только зелёный чай. Объясняет давлением. И предрасположенностью к диабету – ей, типа, нельзя много сладкого. А оно – вон оно как.
Ну, в-принципе, всё понятно: тренеру нужно быть с нами наравне, (А вернее – даже превосходить!) чтоб отрабатывать, обучать, показывать. И не уступать ни в скорости ни в силе – это было бы, как понимаю, уж слишком заметно… А его жене, или, как я сейчас думаю – коллеге по работе в какой-нибудь спецслужбе, прикрывающейся этой легендой – нет. Что же до «хлеба от тёщи», имеются у меня мысли и на этот счёт. Особенно в том контексте, что «жена» и его не ест. Ну а мне – придётся. И есть и пить. За милую душу. А то – и правда будет – заметно.
Что стал я и медленней, и слабей. И не такой злой и конкретный.
Дома никого нет.
Значит, и правда, ушла мать по магазинам. Вот и хорошо. Потому что могу теперь спокойно посмотреть сводки по столице.
Странно. Но никаких повторов утренних экспресс-новостей ни на одном новостном канале не нашёл. И ровно в пять не передавали. Выводы сделать нетрудно.
Заткнул кто-то из власть имущих, ну, или из спецслужб, говорливых трепачей и шустрых борзописцев. Что лишний раз подтверждает. Всё то, что обсуждали.
Н-да: ясней, как говаривает мать, некуда.
С одной стороны прикрывают наши задницы, а с другой – предотвращают возникновение нежелательных слухов и русофобских тенденций. У чужаков. Ну и хорошо.