- Эй, ты. – окрикнул я бойца – тащи эту мелкую стерву сюда.
Минута и все еще живой кусок похоти уже тут, вместе со скривившимся бойцом.
- Она меня укусила, сучка! – пояснил боец, показывая рану на шей. А зубки то у неё прям как у вампирши.
Я вытащил кинжал из спины девушки, только что бы вогнать его рядом. Истерический вопль волной прокатился по округе, заглушив даже звуки боя и брань солдат, и отразившись от леса, вернулся обратно.
Я посмотрел на собирающиеся вдалеке тучи, и повторил процесс. Затем подошел к краю стены, любуясь, как солдаты внизу прекратили штурм, и со словами: «Вот ваша принцесса!» Скинул её вниз.
В звенящей тишине, стальные сапоги моих ног, ударяющиеся о камни кладки, выбивали похоронный марш. Волна ярости прокатилась по вражеским рядам. Нет, это не была правильная ярость, за свою королеву. И мой поступок, не имеет ничего общего с местью там, или еще с чем либо личным. Причина моего, поистине варварского поступка, несколько иная, и она, одна и та же с причиной волны гнева.
Мотивация. Вот причина. Мотивация всех этих людей. Еще только выйдя на стены замка, я уже понял, как победить всю эту гигантскую армию. Как только мой слух смог выудить из общего шума из общей какофонии, хотя бы пару связных фраз, я уже был в дамках.
Золото. Вот мотивация этой армии. Они, в сущности, все наемники. Не такие как мы, за которых мы себя выдавали, не профессиональные, но наемники. Просто обычные мужики, крестьяне, работяги, и прочие, которым предложили «поработать» за деньги. А правителей их земель напугали драконами, или войной, заставив отпустить вассалов на битву. Наверняка и семьям этих вояк что-нибудь там наплели. Ну а потом же, натаскивали в этом городе, и действительно отправляли воевать. И не факт что только на нас. И судя по всему, как раз таки собирались идти в новый поход.
И тут... ворота неожиданно закрылись. Командир... ша, пропала, вместе со всеми остальными военачальниками. Ну и все такое. «Верните наши деньги!», слова иные, требование тоже, вот их лозунг. Ну и тут я, показываю, что власть сменилась, и что им ни кто не заплатит. Даже не смотря на то, что девчонка вряд ли рулила армией лично, она всегда была «при царе», и все, столь тонкий намек надругательства над свободой золота, и их дальнейшей ненадобности, поняли моментально.
Поступок на гране самоубийства, ведь враг, в праведном гневе ударит с удвоенной силой. И был бы полным самоубийством, если бы враг уже не лишился практически всего своего осадного снаряжения. Только вот это «самоубийство» единственный способ не сидеть под осадой несколько недель. Ведь рано или поздно у этой толпы, все же найдется хоть какой-то лидер, что сможет организовать толпу на адекватные действия. И тогда уж, они легко захватят замок с тремя калеками в обороне.
А так... Военачальники окончательно утратили контроль над ситуацией, более-менее адекватные люди скоро поймут, что ловить тут нечего. Что их всех обманули, и пора поковать чемоданы. А особо умные уже поняли, и уже сматывают удочки. Ведь неизвестно, есть ли тут застенками золото, а ли нет, а жизнь то одна...
А вот если бы я наоборот, начал сыпать им золото со стен замка, тогда... возможно они бы и передрались из-за этих монеток, дав нам временную передышку, но с другой стороны, оккупацию ни сняли бы уже никогда. Желая получить больше, больше! Золота. Да и к тому же, даже если оно в этом замке и есть, на его поиски у нас бы ушло много времени. Пришлось бы снимать солдат с обороны стены на его поиски, и не факт что за это время у разрозненной армии не завелся бы толковый командир.
После сброса со стен замка тела принцессы, прошло всего полчаса, как напор врага стал стремительно слабеть. Ряды врага рядили и до этого, но тут, на замковых стенах, мы этого не чувствовали, сражаясь аки звери. Это там, вы тылах, люди от нечего делать задавались мыслью «а оно мне надо? Рисковать своим задом, фактически ни за что! Ведь не известно, есть в замке золото, али нет... А шкура то одна.» Ну а на передовой, ослепленные яростью, и жаждой битвы люди, не видели ничего, кроме врага перед собой.
Эти полчаса, наверное, были самыми долгими в моей жизни. Я сражался, как только мог. И как не мог тоже. И даже, как и представить не мог как. Мои ребята вообще превратились в машины для убийств, кроша неприятеля словно мясорубки, нередко сражаясь сразу с двумя или тремя противниками, что не брезговали подлыми приемами и ударами в спину. Они спасли мне жизнь, бесчестное количество раз, ведь не смотря ни на что, моё владение мечем, как и любого другого оружия ближнего боя, никчемное, на гране абсурда. Я бы умер, еще в бою с первым же нападающим, не будь их рядом, и не жертвуй они ради меня своими жизнями, ведь от арбалета в такой мясорубке совершенно нет никакого толка. Но разумеется, в такой кровопролитной битве, не могло обойтись все гладко и без потерь. От всего отряда, осталось трое, и один из них, прямо сейчас умирает у меня на коленях.