Река в этом году покрывалась льдом лишь пару раз за зиму, в остальное время красуясь пред миром нетронутой водной гладью. Пороги так вообще, даже не думали замерзать, неоднократно наводя меня на мысль о возможной целесообразности снаряжения судоходной экспедиции в далекие страны. Однако, видя непредсказуемость погоды, я каждый раз передумывал это делать.
Столь ярко маячащею нехватку продовольствия все же удалось избежать. Повторные посевы, пусть и частично, но все же вызрели. А вот посадки луговых трав, так и небыли скошены – всю осень шли непрекращающиеся дожди, так и не позволившие скосить и заготовить сено на зиму. Однако теплая погода, и густа трава, позволила отъестся всей деревенской скотине на вольных пастбищах. Большинство скотины и сейчас ходит на вольном выпасе, выковыривая из под тонкого, но мокрого, снега, зеленую травку. Ну и плюсом к этому, государство все еще доедает мясо дракона.
Правда, есть и печальные новости касаемые меня лично. Скончался Виконт. Известия о предательстве и смерти Мухи, чувствительно ударили по его здоровью и первого января он покинул нас.
Похороны двоюродного бата короля, и его самого верного и преданного слуги, были хоть и довольно скромными, но достаточно... многолюдными. Мало кто из крестьян знал его лично. Он был лишь мои слугой, и с народом не имел чести общаться. Однако я не собирался давать памяти о нем, умереть вмести с ним или мной, так что хоронили старого слугу, что называется, всем миром.
К слову, вместе с его похоронами я ввел новую традицию. Похоронную традицию. Ведь в этом мире, как и со многими вещами, каждый король и каждый город, гнул свою шарманку.
К примеру в Арополе, тела принято просто на просто закапывать. Где угодно, но в основном их закапывали рядом с домом. Обычая как либо помечать места захоронения, не имелось, так что нередки были случаи когда начав копать новую могилу на «хорошем месте», выяснялось, что в ней уже кто-то лежит. А то и не один.
В Марьянено же, покойников вообще не хоронили. Там тела умерших принято было подвешивать на деревьях. А в Бобинске, покойников усаживали сиднем на пеньках, на опушке леса. Если же пня для новоусобшего не находилось, то необходимо было сделать новый, срубив одно из деревьев. При этом, если какого либо покойника съедали хищники, то это считалось добрым знаком, в то время как сидевший сиднем много лет труп, означал, что этот человек был при жизни не чист на руку и у него остались долги в этой жизни, не пускающий в следующею. В Марьянено же наоборот, было принято гонять воронов и птиц, что начинали клевать подвешенные трупы. Ну а по тому, что они конкретно начинали клевать, старые знахарки могли судить на что же был грешен тот или иной человек.
Ну а я же ввел новую традицию. Я сохранил исконны обычай Арополя закапывать тела в землю, однако добавил способ «метки» занятых земель. А именно, на могилу Виконта я повелел посадить дуб. И велел всем остальным, хоронящим своих родных и близких, садить на могилы деревья. Любые, кроме плодовых. Так как плоды деревьях выросших на могилах, не для людей. Они мертвые, но кто удержат дитятко, увидевшей красивое яблочко?
- Эй, а что это там? – окрикнул я одного из мальчишек, что пробегал мимо.
Сам же я, в это время сидел на камешке, на берегу реки и любовался медленно ползущим по небосводу солнцем.
- Там? – переспросил мальчуган остановившись, и посмотрев в указанную мной сторону.
- Да, да. Там, на порогах, зелененькое.
- А! Это! Это малахит! – вскрикнул парнишка, и наконец посмотрел на меня. – Ой! Простите за непочтение, Ваше величество.
- Малахит говоришь... – протянул я, жестом приказывая встать.
- Ну да. Поделки там всякие из него делают. Мальчишки вон кольца девчонкам, да серёжки.
- Малахит... И много его там?
- Ой, да полгоры тут из него!
- Малахит... Блин! Что ж вы сразу не сказали, что здесь малахит встречается! – вскрикнул я вскакивая, и погружая ноги до середины колена в ледяную воду. – А говорите меди у вас нет! Ага, шас! Эй, ты – вновь окрикнул я перепугавшегося от моих криков мальчугана. – а ну дуй в кузню и веди сюда мужиков! - «Чвок» - чмокнули мои сапожки – нет, лучше пусть идут в замок. У нас назревает новая эпопея. – я расплылся в предвкушающей улыбке.
Май 113года.
- Апчи!
Все-таки неслабо я тогда промочил ноги. И в отсутствие теплого медведя и верного слуги, а так же из-за резко ударивших холодов, чуть не заработал воспаление легких. Или заработал – кто ж знает? В общем, на дворе уже снег стаял, а я все чихаю и чихаю.