Но голем не двигался.
Фауст нахмурился и повторил ритуал, но снова ничего не произошло. Он попытался ещё раз, затем снова и снова, но всё было бесполезно. Голем стоял, словно глухой к его усилиям.
Отчаяние охватило его. Фауст почувствовал, как колени подгибаются, и упал в грязь перед големом, опустив голову.
— Что я делаю не так? — прошептал он, почти рыдая от беспомощности.
Лина, видя его в таком состоянии, подошла и осторожно положила руку на плечо.
— Ваше величество, вам нужно отдохнуть, — мягко сказала она, стараясь его успокоить. — Вы слишком сильно измотали себя. Позвольте мне помочь вам вернуться в дом.
Фауст, всё ещё в шоке от провала, позволил ей увести себя внутрь. Он был подавлен, полностью разбит. Все его надежды и мечты о создании могущественного голема рухнули, как карточный домик.
Внутри дома он опустился на стул, глядя в никуда, а Лина села рядом, пытаясь его утешить.
— Мы отдали все деньги за эту груду костей... — пробормотал Фауст, его голос дрожал от разочарования. — И потерпели крах. Я думал, что голем — это всего лишь более сложная версия костяной гончей. Но я ошибался. Плотяному голему нужно электричество... А что нужно костяному? Видимо, я никогда этого не узнаю. Я не некромант. Я неудачник.
Лина мягко погладила его по плечу, не зная, что сказать. Она видела, как тяжело Фауст переживает этот провал, и понимала, что простые слова утешения сейчас не помогут. Но всё же она попыталась:
— Это всего лишь неудача, Фауст. Но это не конец. Магия — сложная наука, и не всегда всё получается с первого раза. Может, нужно немного времени, чтобы понять, что пошло не так. Мы можем найти другой способ...
Однако её слова, полные добрых намерений, не смогли рассеять тяжесть, которая поселилась в сердце Фауста. В этот момент он ощущал себя полностью потерянным, разочарованным и беспомощным. Всё, что казалось ему важным, рухнуло, оставив лишь чувство опустошённости.
Весь день Фауст провёл в апатии. Он сидел в кресле, бессмысленно глядя в пространство. Все его амбиции, все надежды на создание костяного голема и демонстрацию своей магической мощи оказались тщетными. Он чувствовал себя совершенно потерянным. А от мыслей о том, что у них почти не осталось денег, становилось ещё хуже. Будучи королём, он никогда не работал и не знал, как зарабатывать на жизнь. Он умел только отдавать приказы и колдовать.
Лина, не привыкшая сидеть без дела, продолжила заниматься хозяйством. Она подметала пол, приводила в порядок их скромное жилище, время от времени поглядывая на Фауста. Видя его в таком состоянии, она не могла оставаться равнодушной.
Когда девушка остановилась и в очередной раз взглянула на Фауста, её вдруг осенило. Она отбросила метлу и сказала:
— Ваше величество, а что если предложить наши услуги как наёмников? Некромант и рыцарь смерти — это ценные помощники, нам наверняка предложат хорошую работу. А заработав денег, мы сможем отправиться, например, в Вольноград. Вдруг там найдутся мудрецы или алхимики, которые смогут подсказать нам, как оживить голема, раз здесь таких нет.
Фауст поднял глаза на Лину, её слова начали пробуждать в нём интерес.
— В этом есть смысл, — задумчиво ответил он. — Наверняка есть и другие изгнанники, помимо обитателей Башни Ока, которые могут нам чем-то помочь.
Он подошёл к окну и выглянул на улицу. В этот момент на голову его костяного голема, который по-прежнему стоял неподвижно во дворе, села какая-то птица. Она начала с любопытством клевать кости. Фауст горько усмехнулся. Эта сцена отражала его внутреннее состояние: обескураженный и потерянный, как мёртвый голем, безжизненно стоящий под дождём и не внушающий ни уважения, ни ужаса.
На следующий день Фауст и Лина решили отправиться по трактирам, чтобы предложить свои услуги. Возможно, им удастся найти работу в Палате Вольных или среди других жителей Свободного Пристанища. Хотя оба понимали, что жизнь наёмников полна опасностей, они не видели других вариантов. Им нужны деньги, чтобы продолжить поиск знаний.
Фауст снова не мог уснуть. Лежа в кровати, он долго смотрел в потолок, ощущая глубокую пустоту внутри. Его привычная уверенность в себе и своих силах казалась воспоминанием из далекого прошлого. Драз, наверное, сейчас хохотал бы над ним, как сумасшедший.
Вскоре Фауст понял, что не может больше лежать без дела. Он тихо встал с кровати, стараясь не разбудить Лину, и вышел на улицу. Холодный воздух освежал его лицо, и он почувствовал лёгкое возбуждение. Подойдя к голему, маг долго стоял перед ним, разглядывая каждую кость, каждую трещину в мёртвом создании.