Фауст, Лина и юный Веллерт пробирались сквозь заснеженные леса и поля, укрытые толстым белым одеялом. К вечеру снег становился глубже, и холод пробирался под кожу. Веллерт, не привыкший к такому морозу, дрожал и стучал зубами, пока Лина не завернула его в шкуры, которые они прихватили у великанов.
— Благодарю вас, госпожа Лина, — пробормотал юноша, кутаясь в шкуры, которые давали немного тепла. — Скоро Новый год... В Гальвии мы всегда устраивали большие празднества в честь наступления нового года.
Лина кивнула, улыбаясь. Даже в таких суровых условиях она старалась поддерживать боевой дух.
— Да, праздники в Гальвии, должно быть, замечательные, — ответила она. — А как празднует Новый год твоя семья?
Веллерт задумался, на мгновение забыв о холоде.
— Мы украшали храм, зажигали свечи, и все собирались на праздничную службу. Я помню, как мой отец, архиепископ, говорил, что Новый год — время новых начинаний и надежд.
Он помолчал, а затем добавил:
— Некоторые клирики утверждают, что 1400 год принесет конец света. Но мой отец считает, что это глупости и ересь.
Фауст усмехнулся.
— Твой отец — мудрый человек, Веллерт. Слушай его. Иногда люди слишком увлекаются предсказаниями и страхами, особенно когда приближается новая эра.
Юноша, укрытый шкурами, слегка нахмурился, обдумывая слова мага.
— А каково это — быть некромантом? — внезапно спросил он, поворачиваясь к Фаусту. — Это… тяжело?
Фауст на мгновение задумался, а затем ответил, глядя на заснеженный горизонт:
— Быть некромантом — это путь, который требует жертв. Лучше бы не становиться им вовсе. Но если уж решил стать, то, как и в любом другом деле, важно идти до конца. Некромантия — это не просто магия. Это понимание жизни и смерти, и это знание часто оказывается слишком тяжелым бременем.
Лина, слушавшая их разговор, тихо кивнула. Веллерт же, несмотря на юные годы, удивил их своими мыслями:
— Наверное, было глупо бросаться в это путешествие без подготовки. Лучше бы мне закончить семинарию, а потом, в компании святых воинов, отправиться в паломничество к первохраму Солнца. Тогда я бы действительно понял, моя ли судьба стать новым пророком.
Фауст удивлённо посмотрел на юношу. Даже Лина не смогла скрыть своего уважения:
— Это крайне зрелое и взвешенное рассуждение, Веллерт.
Маг кивнул, признавая её правоту.
— Пророк должен быть мудрым, а мудрость приходит с годами и опытом. Иногда нужно пройти длинный путь, чтобы понять, кто ты на самом деле.
День за днём они продвигались вперед, шаг за шагом приближаясь к Свободному Пристанищу. Каждый день спутники обменивались новыми историями и мыслями, осознавая, как сильно изменились за время путешествия.
Наконец, после долгого и утомительного пути, в сумерках зимнего дня они увидели знакомые очертания города. Сквозь снег и холод они вернулись в Свободное Пристанище, ощутив, что дом — это не всегда место, а ещё и люди, которые становятся частью твоей истории.
Когда Фауст, Лина и Веллерт вошли в Свободное Пристанище, город встретил их привычным мрачным спокойствием. По улицам ходили местные жители, торговцы и странствующие искатели приключений, но было заметно, что зима не радовала никого. Недавно выпавший снег быстро превратился в грязь, покрыв землю холодной скользкой кашей.
Троица направилась прямиком к зданию Совета обороны, чтобы встретиться с Гориславом. Лина постучала в массивную дверь, и спустя несколько мгновений её открыл незнакомый человек.
— Чего надо? — рявкнул он, подозрительно осматривая прибывших.
Фауст ответил спокойно, но твердо:
— Мы к человеку из Гальвии.
Слова мага произвели нужное впечатление. Незнакомец мгновенно изменил тон и жестом пригласил их внутрь. Они поднялись на второй этаж, где находился кабинет Горислава. Как только они вошли, стало ясно, что лорд уже обустроился здесь, насколько это было возможно в таких условиях. В углу комнаты валялся грязный матрас, на полу были разбросаны объедки, а по всей комнате тускло мерцали свечи.
Горислав, заметив Веллерта, вскочил на ноги и бросился к юноше. Он крепко обнял его, забыв о манерах и статусе. Благородный лорд не мог сдержать слез облегчения и радости.
— Веллерт, слава Святой Матери, ты жив!
Лина холодно отметила:
— Ваш юный путешественник решил, что он новый пророк Солнца. Но встреча с эттинами быстро разубедила его в этом.
Горислав кинулся благодарить Фауста и Лину, его слова лились потоком, полные благодарности и облегчения. Однако Фауст был настроен решить дело без лишних эмоций.