Как только он ушёл, Лина наклонилась к Фаусту и быстро прошептала:
— Это граф Феллервил из Кастеллануса. Я когда-то устроилась к нему горничной и... ну, обчистила его перед тем, как сбежать. — В её глазах блеснуло веселье.
Фауст тихо хмыкнул, наклонившись ближе:
— Похоже, твои приключения тянутся за тобой, как шлейф. Думаю, нам лучше не испытывать удачу и покинуть это место, пока ещё кто-нибудь тебя не узнал.
Лина кивнула, и они, закончив завтрак, поспешно отправились собираться в путь. Лёгкий снегопад усилился, добавляя к зимнему пейзажу ещё больше белого блеска, словно природа прятала их следы под пушистым покрывалом. Они мчались через заснеженные поля, следуя по извилистой дороге, ведущей вглубь Агорана.
По пути Фауст, всё ещё глядя на исчезающий вдали силуэт "Старого Тополя", задумчиво заговорил:
— Знаешь, Лина, похоже, мои подданные не особо скучают по старому королю. А этот "королевский банк" — какая-то полезная инновация, если верить этим разговорчикам. Я всегда считал Эдмунда посредственным претендентом на трон, а он, кажется, что-то полезное делает.
Лина бросила на него быстрый взгляд, поправляя шерстяной капюшон, чтобы снег не забивался под воротник:
— Пусть строит свои банки и мануфактуры, — сказала она решительно. — Это всё равно в конечном итоге будет твоим. А твой трон, рано или поздно, вернётся к тебе, когда мы с тобой справимся с этими недоумками.
Фауст кивнул, но чувствовал внутреннюю тревогу. Он проклинал себя за то, что так легко поддался убеждению Яраша, позволив себя втянуть в этот план, привыкнув снова играть роль ученика. Теперь его разум неотступно грызли сомнения: "Что если воскресить Марвика Бездушного будет ошибкой?"
Он бросил взгляд на снежный пейзаж вокруг, видя, как снег накрывает поля и редкие леса словно покровом тишины. Было слишком поздно отступать, но эта мысль не давала ему покоя.
— Скажи, Лина, — неожиданно спросил он, прерывая молчание, — тебе не кажется, что этот план... слишком рискованный? Какова вообще польза от этого Марвика? Почему Яраш так уверен, что он будет нам полезен?
Лина пожала плечами и покачала головой:
— Может, потому что Яраш, как и все маги, видит лишь возможности, а не последствия? — Она взглянула на него серьёзно. — Но у нас нет другого выбора. Ты сам дал обещание, и отказаться сейчас... — Она не закончила, но Фауст понимал её намёк.
— Я знаю, — вздохнул он. — Честно говоря, мне не хочется убивать рыцарей и невиновных людей. Марвик... он ведь может быть таким же врагом, как и союзником. А нашему плану нужен союзник, а не очередной безумец с жаждой мести.
Лина усмехнулась, поигрывая поводьями своей лошади:
— Мы уже перешли точку невозврата, мой король. Главное — не показывать сомнений. Как только мы вернём череп, всё станет проще. — Она посмотрела на него, и в её глазах читалась непоколебимая уверенность. — Мы справимся. Ты всегда находил выход из сложных ситуаций.
Фауст кивнул, но сомнения всё ещё оставалось где-то глубоко внутри. Вскоре они достигли очередного поворота, который увел их подальше от людских глаз и суеты королевства, в ещё более заснеженные и опасные земли.
Глава 10. Возвращение верного вассала
Глава 10. Возвращение верного вассала
Снег наконец прекратился, и мягкие лучи зимнего солнца едва прорывались сквозь облака, серебряным светом заливая дорогу. Фауст и Лина ехали осторожно, когда вдали заметили знакомые контуры заставы Ливонии — строгие башни, окруженные высокими стенами, над которыми развевался красный флаг с белой головой льва.
Но их внимание внезапно отвлекли два оборванных путника, выскочивших на дорогу с перекошенными от ужаса лицами. Испуганные и изможденные, они махали руками и кричали:
— Нежить! Нежить! Помогите, ради бога!
Фауст натянул поводья, остановив лошадь, и обернулся к ним:
— Что случилось? Где вы видели нежить?
Но те лишь продолжали выкрикивать бессвязные фразы, отчаянно тыча пальцами в сторону леса. Лина с тревогой нахмурилась и подала знак, чтобы они поехали проверили, что там такое. Свернув с дороги, они направились в указанное направление, держась настороже.
Среди заснеженных деревьев вырисовывалась одинокая фигура. Она приближалась к ним, шатаясь, но двигалась уверенно, не как обычная нежить. Фауст замедлил лошадь, вглядываясь в приближающегося незнакомца. Он ощущал исходящий от него аспект смерти — это было что-то уникальное, не похоже на привычных зомби или упырей.
— Взгляни, — тихо сказал он Лине, показывая на мужчину. — Это не простой мертвец. В нем что-то особенное.