— Короче, надо вливать энергию разных стихий, — начал пояснения я, беря в руки первый образец. — В пистолете точки приложения находятся здесь.
После нескольких минут пояснений мы приступили к практике, и для вскрытия я позвал самых опытных магов. Потоки энергии «Землеройки» всё равно бы не увидели, но для чистоты эксперимента Петя лил магию воздуха, так как единственный, кроме меня, мог использовать все четыре стихии. Лиза огонь, Дима воду, а я землю.
— Раз, два, три! — отсчитал я, а ещё через несколько секунд руны на пистолете вспыхнули, а в стволе появилось отверстие. — Готово!
Я протянул оружие офигевшему Андрею.
— Фантастика! — прошептал тот, открывая ручку пистолета. — Давайте дальше!
На активацию остальных артефактов у нас ушёл час, после чего я оставил свою ударную группу обучать «Землероек» пользоваться оружием, а сам вместе с Максимом поехал в СКА. Точнее не только с ним.
Денис Анатольевич Подушкин сделал мне очередной, и в этот раз по-настоящему шикарный подгон. Десять профессиональных телохранителей, бывших членов ближней дружины графа Понамарева. Сам аристократ немного не дожил до новой эры и умер от рака меньше недели назад. Его бойцов тут же позвали в столицу, но Подушкин сумел уболтать десятерых из них на двухнедельный испытательный срок у меня. То есть в течении этого срока они будут смотреть достойный ли я хозяин.
Вот уже четыре дня Сергей, бывший у Понамарева помощником командира, и его ребята охраняли мой дом и постоянно меня сопровождали. И надо заметить, мне стало намного спокойнее — пока я в сопровождении полковника и одного из бойцов занимался делами, остальные следили за обстановкой и оставленным транспортом. Подложить конкуренту бомбу в среде аристо не являлось чем-то исключительным.
Было восемь утра, но нам удалось избежать пробок, а очереди в Службе контроля аномалий ещё не образовались, поэтому я без проблем попал в седьмой кабинет.
— О, здравствуйте, Михаил Ярославович, — поприветствовал меня Антон Антонович и с удивлением поднял бровь, когда я не затащил ящик и закрыл за собой дверь. — Что это вы с пустыми руками? Ямы закончились?
— Почти, — усмехнулся я и сел в кресло. — Сегодня я по другому вопросу.
— Зачистили третий этаж? — снова попробовал угадать полковник.
— Пока нет. Я пришёл поделиться информацией о том, как активировать пистолеты и другую технику из закрытых ям.
— А-а, — протянул сотрудник СКА и откинулся в кресле. По его лицу однозначно читалось, что только что я принёс ему кучу проблем.
— Судя по всему, эта информация устарела. — Теперь я стал угадывать.
— С чего вы взяли? — Полковник вдруг встрепенулся и, вытащив из стола папку, протянул её мне. — Вот тут формы, опишите все в подробностях.
— Мои ребята передали мне форму, я уже заполнил. — Я достал из рюкзака папку и положил на стол.
— Ага, тогда заполните это. — Антон Антонович достал ещё один листок. — Это соглашение о неразглашении.
— А зачем оно? — сделал вид, что удивился, я. — Я думал, что, наоборот, мы должны как можно большему количеству людей рассказать об этом.
— И вы уже рассказали? — ещё больше нахмурился сотрудник СКА.
— Ну да… это же не видения и запрета не было…
— И кому вы рассказали?
Я «робко» улыбнулся, развёл руками и с самым невинным выражением лица соврал:
— Да много кому. Мои ребята сейчас как раз продают информацию союзным диггерским группировкам.
— Твою мать… — одними губами прошептал полковник и задумчиво посмотрел куда-то за моё плечо.
— Я всё-таки не совсем понимаю, в чём проблема, Антон Антонович, — заговорил я. — Это же прорыв! Жертв станет меньше, количество зачищенных ям будет быстро расти. Того и гляди люди снова смогут из городов выходить.
— Конечно, вы правы, Михаил Ярославович. — По лицу полковника было понятно, что он, в отличие от своего руководства, действительно так думает. — Ладно, спасибо вам за чрезвычайно ценную информацию. Я напишу письмо в столицу, чтобы вас представили к награде.
Он забрал так и оставшееся пустым соглашение о неразглашении и убрал его в стол.
— Если сотрудникам СКА вдруг понадобится активировать оружие, я всегда готов помочь, — проговорил я вставая. — Разумеется, безвозмездно.
— Будем иметь в виду, Михаил Ярославович. Всего доброго.
— До свидания, Антон Антонович.
Я вышел из здания СКА и, только подойдя к машине, позволил себе широко улыбнуться.
— Как прошло? — спросил стоящий у открытого багажника Макс.
— Может, наградят, — усмехнулся я. — А что ты там ковыряешься?
— Да тряпки убирал.
Я с трудом сдержался от подколки. С тех пор как позавчера десяток наших укреплённых машин вернулись с покраски, Максим буквально от них не отходил, особенно от того внедорожника, на котором мы чаще всего ездили, и в прямом смысле счищал с него если не пылинки, то любую едва заметную грязь.