— И Фёдор Алексеевич их не отдаст.
— Эти города находятся сразу за пределами зоны, в которой появились аномалии. Они имеют стратегическое значение и если окажутся в руках врага, то из них потом будет очень удобно осуществлять набеги. Сейчас же европейцы имеют весьма ограниченный доступ к ямам, но очень хотят иметь полный.
Да уж. С одной стороны, Рязанская империя находится под страшным давлением и несёт огромные потери, с другой — каждый день она становится сильнее. Маги, новое оружие, опыт — всего этого соседи боятся и ждать явно не собираются.
Я глубоко вдохнул пахнущий дымом и листвой воздух и отрезал полезшие было в голову тревоги. Все это было предсказуемо и неизбежно. Пока мне рано думать о глобальных вещах, надо решать свои проблемы.
— Ладно, Саш, с этим все понятно! — Я положил руку брату на плечо и легонько подтолкнул его. — Пойдём дальше деревню смотреть.
— Пойдём.
Саша развернулся и зашагал в указанную мной сторону.
— Слушай, — снова заговорил я. — А какие у тебя лично планы?
— Служить, — пожал плечами брат. — Если начнётся заруба, может, и на границу пошлют.
— А выбить место здесь не выйдет?
— Да я и пробовать не буду. — Саша расправил плечи. — Руководство знает мои способности и, уверен, пошлёт туда, где я буду наиболее полезен.
Сдаётся мне, только что он процитировал отца.
— А! Ещё хотел спросить: когда я пришёл в СКА по поводу пистолетов, мне показалось, что там уже в курсе, как они работают.
— Не могу точно сказать, — тихо произнёс брат. — Я не видел, но не так давно пошли разговоры, что спец подразделения империи уже с неделю их использует.
Ага, примерно как и я, только у них народу и возможностей намного больше. Интересно, сколько ям они успели зачистить?
Мы вышли к ограде, вдоль которой стояло только что построенное двадцатиметровое здание. Вернее, его продолжали строить, но первый цех уже был закончен и вчера запущен.
Внутри нас окутал сильный запах крови и химии, а в уши ворвался грохот и звон. За длинными столами, пользуясь купленным очень недёшево оборудованием и инструментами, работали пятнадцать человек.
— Здесь мы разделываем туши! — крикнул я на ухо брату. — Среди этих людей есть мясники, а есть и врачи, в частности, один патологоанатом. Мясо мы замораживаем и храним в промышленных холодильниках. Все острое либо используем для изготовления оружия и стрел, либо продаём. Всякие внутренности и кровь тоже продаём или приспосабливаем к делу, если знаем как. Обязательно приличный запас сохраняем, на случай если удастся заполучить новые подсказки-видения.
— А шкуры? — крикнул брат.
— Пойдём на улицу, громко слишком! — Я махнул рукой, и вскоре наши уши смогли немного отдохнуть. — Шкуры мелких монстров тоже продаём, а трёшки, если они не обязательные к сдаче в СКА, обрабатываем по видениям. Собственно, дальше я тебя проведу в цех, где их шьют, а потом в лабораторию, где их наделяют волшебными свойствами. Стаса помнишь?
— Конечно!
— Вот он командует этой лабораторией, и, кстати, получается вот такое.
Я показал на свои штаны, а потом вытащил нож и несильно ударил себя в бедро.
— Эй, ты чего! — Саша схватил меня за руку.
— Да нормально всё. — Я рассмеялся и убрал оружие в ножны. — Специально нож с земляной стихией ношу, чтобы мои штаны огня блокировали удар. Очень эффектно, когда надо провести презентацию товара.
— Ясно! — Брат тоже рассмеялся и показал на логотип на кармане штанов. — А это буква М? Михаил, что ли?
— Ага… между прочим, всей деревней думали. Ж — как-то не так, М/Ж — двояко можно воспринять. Барон Жаров, то есть БЖ недальновидно. И так далее, в итоге сделали просто М.
— Понятно! — Саша хлопнул меня по плечу. — Молодчина! Я горжусь тобой! И отец бы гордился!
Он снова меня обнял, и я знал, что Мише это было бы очень приятно.
— Спасибо! — Я указал направление. — Пойдём дальше.
Мы бродили по деревне ещё час, потом я провел брату индивидуальный магический урок, и у него сходу получилось сколдовать пламя. Дальше я оставил его тренироваться с новым оружием, а сам направился к одному из первых возведённых срубов, где поселились мои телохранители.
Их глава Сергей, видно, только проснулся перед ночным дежурством и сейчас умывался в бочке. Выглядел он очень серьёзно. Сорока лет, атлетического телосложения, высокий, с ёжиком тёмных волос, абсолютно непроницаемым лицом и цепким взглядом карих глаз.
— Здравствуйте, ваше благородие.
Поприветствовал он меня ощутимым наклоном головы, а не просто кивком. И вообще, этот мужчина, служивший графу Понамареву с пятнадцати лет, явно не одобрял того, что минимум половина афонинцев обращается ко мне на ты. Насколько я знал, он понемногу проводил работу среди населения.