Выбрать главу

Что это значит?

А то, что передо мной щит из А-энергии, это же подтверждают и ощущения. Вот только это не стихийная энергия, а, весьма вероятно, сочетание стихийных. Собственно, именно то, что я и предполагал увидеть, направляясь сюда.

Вторым же моим предположением было то, что и пройти сквозь этот барьер можно, используя это же сочетание.

Я осмотрелся и, убедившись, что за мной никто не поехал и монстров пока не видно, засунул пистолет за пояс и положил на барьер обе ладони.

Раз, два, три… Я глубоко вдохнул и очень аккуратно, как совсем недавно это делал с разрывом, стал гнать энергию по магическим каналам. Только тогда я направлял её из источника, а сейчас, наоборот, тянул.

Ничего не произошло. А если сильнее?

Ещё один вдох и…

От мощного удара по ладоням я вскрикнул и, отшатнувшись, едва не упал. Пальцы онемели, но на губах появилась довольная улыбка, ведь я отчётливо ощутил, что по моим каналам прошли два потока. Альфа и Дельта. То есть магия земли и огня.

Хорошо! Я потряс руками и, вернувшись к барьеру, снова положил на него ладони. А теперь все то же самое, но землю и огонь надо пустить в обратном направлении.

Погнали!

Я сконцентрировался и уже с шестой попытки сумел запустить одновременные потоки. А когда они достигли пальцев…

— Твою мать! — от неожиданности воскликнул я и резко отдёрнул провалившиеся сквозь барьер руки.

Да! Да! ДА!!!

Немного аналитики дома и практики на месте — и вуаля, я раскрыл секрет, о котором во всём мире знают единицы! Если вообще кто-то знает. И это, без преувеличения, золотая жила, ведь в ямах закрытого типа могут быть неизвестные и, соответственно, очень ценные монстры и ресурсы.

Я глубоко вдохнул и вдруг осознал, что всё ещё стою в одиночестве в чрезвычайно опасном месте. Да ещё и темнеет.

Хорошего понемножку!

Я бегом вернулся к машине и, резко развернувшись, поехал во Фролово.

* * *

— Двадцать три ноль-ноль, барон, — прошептал лежащий рядом со мной в высокой траве Митрич.

Ответить я не успел, меня опередила зашипевшая на поясе рация.

— Это Женек, — раздалось из динамика. — Они сменились, можете выходить.

— Вперёд, — скомандовал я и первым выскочил из зарослей кустов на опушке леса. Прямо перед нами раскинулся километр колхозного поля, а за ним высилась ограда Афонино.

Всего фроловцев вызвались участвовать семнадцать человек. Ещё троих, как и обещал, привёл Максим, и Петя взял двоих неплохих ребят: Серегу и Боряна. То есть суммарной численностью мы превосходили противника почти в два раза.

Вот только бандиты засели на огороженной территории участка тёти Лены, и у них явно было больше опыта в убийстве людей. Поэтому в лоб атаковать мы не собирались.

— Твою мать! — вырвалось у кого-то, когда он, споткнувшись о грядку, рухнул прямо на картофельную ботву.

— Тихо! — шикнул Митрич и, убедившись, что упавший поднялся, ускорил бег.

Через десять минут мы достигли стены и, немного отдышавшись, с помощью поданной патрульными большой лестницы перебрались внутрь.

Здесь нас уже ждали Женя и ещё пяток афонинских мужиков.

— Делитесь на группы поровну, — прошептал Женя. — Эти ребята отведут вас на места. Сидите там тихо, связь по рации.

— Только помните! — Митрич сурово посмотрел на притаившихся бойцов. — Никто не должен уйти!

Условие, что все бандиты умрут, было основным из тех, на которых жители Фролово согласились помочь. Одно дело, если тридцать отморозков просто исчезнут, и можно сказать, что они сгинули в яме. Совсем другое — тридцать трупов и разборки с полицией.

Как сказал Митрич: убьёшь гниду, а дадут как за человека.

Разумеется, против этого пункта требований я никаких возражений не имел.

Прикрываясь темнотой, люди исчезли во дворах, а мы направились в сторону громко звучащих голосов. Там с десяток афонинцев отмечали рождение несуществующего племянника своего земляка Генки.

— Осторожнее, тут поленница, — шепнул Женя, когда мы перелезли через забор и оказались на нужном участке.

— Да, спасибо, — буркнул я, потирая ушибленную коленку.

В большом доме Генки ярко горел свет, и мы, уже не прячась, распахнули дверь и вошли.

— О! Ещё двое! А у меня сегодня племянник родился! Сашкой назвали! — вскочил из-за богато накрытого стола счастливый новоиспечённый лжедядя, отлично имитируя пьяного.