Они вошли, и Забава на мгновение замерла, растерянно оглядываясь. Почти все столики были заняты, воздух вибрировал от гула разговоров. Вокруг заведения располагались сплошные офисные здания, и сейчас, в обеденный час, сюда хлынул поток голодных клерков в поисках «бизнес-ланча».
Евгений как человек привыкший действовать, мгновенно окинул зал взглядом и кивнул в сторону свободного столика посреди зала. Лавируя между посетителями, они продвигались вперёд, туда, где у самого окна в тихом уютном уголке официант убирал посуду за только что ушедшими гостями.
— Погоди, — тихо сказал Евгений, поворачиваясь. — Сейчас узнаю, не забронировано ли это место.
Через десять минут им уже принесли обед.
— Скажите, Забава, а вы не думаете о том, чтобы перебраться обратно в город? Из вашего СНТ? — расспрашивал ее Евгений, разрезая люля-кебаб на кусочки. — Вообще, какие у вас планы на жизнь, если не секрет?
Забава почувствовала себя школьницей на уроке. Было видно, что Евгений привык иметь дело с подчиненными. Вопрос застал её врасплох своей прямотой.
— Пока нет постоянной работы, сложно строить какие-то определённые планы, — уклончиво ответила она, поглаживая пальцем теплый бок своей кружки.
— Допустим, вас берут редактором, — не отступал он, — Стабильный доход появляется. Что тогда?
Забава вздохнула и посмотрела в окно, на спешащих по своим делам прохожих.
— Знаете, ещё несколько дней назад я, не задумываясь, сказала бы, что при первой же возможности вернусь в город. А теперь… теперь не знаю.
— Интересно, — в его голосе послышалось искреннее удивление. Он откинулся на спинку стула. — А что за сомнения? Там же дачи. Грязь, комары, никакой инфраструктуры. А здесь — люди, цивилизация, кино, театры, рестораны, в конце концов.
Она снова посмотрела ему в глаза.
— Я всю сознательную жизнь прожила в городе, Евгений. Понимаю, о чем вы говорите, но в последние несколько лет почти не выбиралась из дома.
— Почему? — он нахмурился, будто разгадывая сложную задачу. — Не было времени? Работа, семья?
— Время было, — тихо призналась она, и её взгляд снова ускользнул в сторону.
— А мужчины? — его вопрос прозвучал без всякого кокетства, просто как констатация следующего закономерного факта. — Вас не звали? Или вы отказывались?
Под его прямым, изучающим взглядом Забава почувствовала, как по щекам пробегают мурашки. Стало неловко и душно. Он задавал слишком личные вопросы. А если быть до конца честной перед с собой, то не просто личные, а те, ответы на которые не нравились ей самой, вызывая удушливое чувство стыда.
Что ей было ответить? Правду? Что последние несколько лет она вела жизнь затворницы, добровольно сидя в четырёх стенах? Что её круг общения сузился до учеников-школьников, а из мужчин чаще всего она видела лишь вечно уставшего участкового терапевта и угрюмого грузчика в местном магазинчике? Она даже за продуктами спускалась в строго определённые часы, в рабочее время, чтобы поменьше народу было, и чтобы ненароком ни с кем не пересекаться, не вступать в пустые бесполезные разговоры.
— Я… просто с самого развода не была на свиданиях.
Щёки Забавы вспыхнули, будто её поймали на чём-то постыдном. Может, это было не совсем правдой, в конце концов к ней приходил Миша, и они вместе смотрели «Властелина колец». И всё же…
Евгений посмотрел на неё с той сосредоточенностью, с которой изучают редкую бабочку под стеклом.
— Странно. Я бы не сказал. Не заметил в вас ничего… необычного.
— А что вы считаете необычным? — прозвучало резче, чем она хотела бы.
— Обычно, если привлекательная женщина долго одна, значит, с её характером что-то не так.
В его словах не было яда — только холодная логика. Забава почувствовала, как внутри разгорается негодование.
— Так, по-вашему, одиночество — всегда из-за характера? — спросила она, и в её глазах вспыхнул вызов. — А вы сами? Как вы вообще знакомитесь с женщинами? Если, конечно, не секрет, — ввернула она его фразу.
Евгений озадаченно нахмурился. Его пальцы легко постучали по краю стола.
— Подловили… Честно? Я почти всё время на работе. Оставшееся время провожу с дочерью или в спортзале.
— А в спортзале? — не сдавалась она, чувствуя, как уверенность возвращается. — Там не пробовали знакомиться?
— В спортзале я тренируюсь, — ответил он с лёгким недоумением, будто вопрос был неуместен. — Там я нацелен на результат. Не до флирта.
— А на работе?
Он покачал головой, в голосе прозвучала сталь: