Мужчина настороженно остановился, его рука с ключами замерла в воздухе.
— Это вы сейчас смотрели участок на Малиновой улице? — не стал тянуть Михаил.
— Ну, допустим, я, — ответил тот, оценивающе оглядев их. — А что?
— Мы хотели вас предупредить, — быстро, но чётко заговорил Миша. — Там могут иметь место махинации с документами. Участок на самом деле принадлежит человеку, который продавать его не планирует.
Мужчина сузил глаза, взгляд его сделался неприятным и колючим.
— А доказательства есть? Может, вы просто хотите сами его отхватить?
Вопрос застал Мишу с Забавой врасплох. Они переглянулись. Никаких доказательств, кроме слов Васиного знакомого, у них не было.
— Если бы у нас были доказательства, мы бы уже в полицию пошли, а не за вами гонялись, — первой пришла в себя Забава.
— Просто по-человечески хотели предупредить, — честно признался Миша. — Так то вы вправе делать, что хотите, но всё десять раз перепроверьте. А лучше — на диктофон записывайте.
Мужчина смотрел на них ещё секунду, а потом… рассмеялся. Забава и Миша в полном недоумении застыли, не понимая, что смешного они сказали.
— Похоже вы по адресу, — наконец произнёс он, доставая из внутреннего кармана корочки и приоткрывая их. — Я из ОБЭП. Оперативно-розыскная деятельность. Так вы говорите, документы подделала?
Глава 60. Оставайся, если хочешь. На улице такой снегопад
Снег шёл не переставая. Автомобили водителей, задержавшихся в супермаркете, скрылись под ним, и теперь было невозможно определить какого они были цвета.
— Значит, вы уже в курсе, что она крутит какие-то мутные схемы? — спросил Миша, следя за выражением лица оперативника.
Тот прищурился, пытаясь сморгнуть крупную снежинку с ресниц.
— Вы о чем?
— О том, что она пытается провернуть аферу с участком, — уточнила Забава.
— У вас откуда такая информация? — вместо ответа задал встречный вопрос мужчина.
Забава под его взглядом поёжилась, хоть на улице было тепло и безветренно, а на ней была тёплая куртка.
— Случайно узнали, — объяснил Миша. — Она нашей знакомой предлагала участок купить. Позвонили собственнику — он сказал, что не продаёт.
— Что ещё знаете об этой гражданке?
Он переводил взгляд с Забавы на Мишу и обратно, словно сканировал их.
— Людмила… То есть председатель СНТ также пыталась провернуть какую-то схему с другим нашим знакомым. Что-то вроде «трейд-ин», — добавила Забава, чувствуя, как под этим взглядом хочется говорить только правду. — Предлагала выкупить его дом в обмен на несколько участков, включая, видимо, проблемные. Но это, вроде бы, не запрещено, так что…
— Запишите мой номер, — предложил было Миша. — Если нужны будут свидетели…
— У нас достаточно информации. Спасибо.
Сотрудник ОБЭП стоял, изучая их лица.
— Значит, она что-то похуже натворила? — спросил Миша. — Деньги присвоила? Документы подделала?
Мужчина молча смотрел на них несколько томительных секунд.
— Это конфиденциальная информация, — наконец произнёс он и вдруг, оставив официальный тон, обратился к Мише: — Сигарет не найдётся?
— Не курю.
— Правильно. Курить вредно, — бросил мужчина уже совсем будничным тоном, отряхивая снег с плеч.
Он обошёл Мишу и зашагал по свеженасыпанному снегу к своей машине.
Уже приоткрыв дверцу, обернулся:
— Постарайтесь ни с кем не обсуждать нашу встречу. Во избежание так сказать…
Дверца захлопнулась, двигатель заурчал, и автомобиль плавно тронулся с места, оставляя на снегу свежие следы.
Парочка стояла посреди белой пустыни парковки, провожая взглядом тающие в снежной пелене задние фонари.
— Прыгай в машину, — велел Михаил. — Простудишься.
На плечах, на волосах и в капюшоне скопились целые сугробы. Забава отряхнулась и, уже готовая нырнуть в салон, вдруг подняла голову к небу: из темноты на нее сыпались миллионы крошечных ледяных звёздочек. На секунду забыв обо всём, она открыла рот и, как в далёком детстве, подставила язык, пытаясь поймать хлопья на лету.
Машина завелась.
— Ну что? Поехали? — послышался из салона голос Миши.
Лишь почувствовав холодную влагу на губах, Забава выдохнула облачко пара и плюхнулась на пассажирское сиденье, с сожалением подумав: «Так и не поймала ни одной».
Машина медленно попятилась, затем развернулась и поползла назад по дороге, оставляя на кипенно-белой простыне тёмные колеи. Снег густо ложился на лобовое стекло, и дворники, с трудом справляясь с нагрузкой, размеренно ездили из стороны в сторону, расчищая мутные, плывущие арки.