— Давай не будем! — уже вырвалось у Оксаны
Она резко вскочила, заставив ножки стула с пронзительным скрипом проехаться по полу. Не глядя ни на кого, одним движением сдернула свою куртку с вешалки и, не надев, стремительно пошла прочь, растворяясь в людском потоке.
Забава стояла парализованная непониманием. Всё произошло за какие-то секунды.
Игорь поднялся, растерянность и искреннее смущение были написаны у него на лице.
— Забава Никитична, извините… Пожалуйста, не сердитесь на неё, — заговорил он торопливо. — Она просто очень тяжело переживает, что у отца новая женщина и что у них будет ребёнок. Она успокоится. Я с ней поговорю.
Он бросил беспомощный взгляд в ту сторону, где исчезла Оксана, потом на Забаву, не найдя больше слов, кивнул и почти бегом кинулся вслед за невестой.
Миша молча обнял её за плечи, и это прикосновение вывело Забаву из оцепенения.
— Пойду догоню её, — дернулась она, но он удержал.
— Не надо. Не ходи за ней сейчас. Дай ей прийти в себя. Она подумает и сама позвонит, когда остынет.
— Наверное, ты прав. Просто не ожидала, что она так бурно отреагирует.
— Не хочет, чтобы ты с кем-то встречалась?
— Нет, наоборот. Хотела меня познакомить с преподавателем биологии, обрадовалась, когда я сказала, что у меня уже кто-то есть…
— Значит, всё не так плохо. Не переживай. Ты ела?
Забава кивнула, не доверяя голосу.
— Тогда, может, закажу тебе что-нибудь сладкое? Иногда это лучше всяких лекарств. Чизкейк? Или молочный коктейль?
Через двадцать минут, когда десерт был съеден, она почувствовала, как ледяной комок внутри начинает таять то ли от сладкого, то ли от того, что с ней был человек, который всегда оказывался рядом в трудную минуту.
Миша тоже успел перекусить, и они вышли на улицу, где снова падал на землю пушистый снег, за день превративший город в чёрно-белую гравюру.
Дорога в СНТ прошла в тишине и созерцании зимнего пейзажа. Под мерный шум двигателя и шуршание щёток стеклоочистителей тревога отступала, уступая место пустоте, которую теперь предстояло чем-то заполнить.
— Какие планы? — спросил Миша.
— Как приеду, сяду работать, — ответила Забава, глядя на белые поля за окном. — У нас в издательстве новый автор, прислал сегодня подростковую прозу. Надо разобраться, что там за история.
— Будешь сидеть одна? Может, поработаешь у меня дома? — предложил он. — Я дам ноутбук, ты устроишься с комфортом. Кусака придёт к тебе помурлыкать. Потом фильм какой-нибудь посмотрим.
И Забава согласилась.
Они подъехали к его дому. На земле не было видно ни следа, всё припорошило снегом. Толстым слоем он лежал и на крышах, и на заборах.
Миша вышел из автомобиля, чтобы открыть ворота, когда заметил, что от своего дома к ним со всех ног бежит Василий.
— Сидел ждал, когда приедешь! — сходу выпалил он, едва переведя дух. — Я ж только что от следователя! Сейчас и вам расскажу!
Глава 64. Думаешь, ей экстремальных ощущений захотелось?
— Тебя к следователю вызывали? — удивилась Забава. — Но это же не твой участок она пыталась продать.
— Не, — отмахнулся Вася. — По тому вопросу они владельца вызвали.
Снег сыпал с неба, и Забава спрятала руки в карманы куртки.
Миша посмотрел на нее неодобрительно и отдал ей ключи.
— Давайте в дом. Сейчас машину в гараж отгоню и приду.
Забава поднялась по ступенькам на террасу, открыла дверь.
Из дома на улицу выскочил Кусака.
— Куда поскакал? — крикнул ему вслед Василий. — Холодина на улице! Ходил бы себе в лоток, не морозил бубенцы.
— У него шерсть густая, — объяснила Забава, обстукивая ботинки от снега, чтоб не тащить воду в дом, — Ему дома сидеть слишком жарко.
Они вошли, разулись, и Забава поспешила включить чайник и достать кружки.
— Мне не наливать, — скомандовал Вася. — Я уже напился дома так, что в горле булькает.
За дверью послышались шаги, и в дом вошёл Михаил.
— Вот и все в сборе, — сказал Вася.
— Ты садись, — предложила ему Забава.
— Насиделся уже, — возразил он.
— Что следователь говорит? — спросил Миша, проходя к раковине, чтобы вымыть руки.
— Мне? Ничего. Только спрашивает. По поводу собрания узнавал, мол, было ли голосование за то, чтобы Людке землю СНТ бесхозную в личную собственность передать. Как тебе, а?
— Я был на собрании. И такого вопроса там точно не было.
— Вот-вот.