Она сбросила звонок и посмотрела на дочь, которая молча слушала разговор.
— Всё будет в порядке, — сказала Забава уже увереннее. — Пойдём, я хоть в человеческую одежду переоденусь перед поездкой к твоей бабушке…
Когда автомобиль остановился у калитки, Забава и Оксана уже ждали на улице, кутаясь в куртки от пронизывающего ветра. Молча сели в машину, и та тронулась в сторону города — к дому Ангелины Сергеевны.
— Что у вас стряслось? — спросил Миша. — Если не секрет…
— Не секрет, — ответила Забава. — Там что-то с бабушкой жениха Оксаны. Повезло, что соседи заглянули, нашли её на крыльце. В деревне где-то живёт одна.
— Живая?
— Скорую вызвали, значит, живая. Игорь переживает за бабушку. Оксана за Игоря.
— Понятно, — сказал он Забаве и посмотрел на Оксану в зеркало заднего вида. — Ты не переживай. Доставлю вас быстрее ветра.
Оксана опустила глаза. Она сидела на заднем сиденье, притихшая. Смотрела в окно на проносящиеся мимо заснеженные поля, так и не проронив ни слова.
— Ты в порядке, дочь? — обернулась Забава. — Хочешь, попробуем дозвониться в больницу? Можем представиться родственниками. Где это, говоришь? Какой населённый пункт?
Оксана отвела взгляд от окна и посмотрела на мать. В её глазах читалось смущение.
— А? Нет, я… — она опустила глаза. — Мне неловко просто. За то, что я там вчера… в торговом центре наговорила.
— Мы же уже всё уладили, — мягко сказала Забава и осеклась, поняв, что дочь имеет в виду, когда та украдкой бросила взгляд на Мишу.
Он, почувствовав этот взгляд, мельком глянул в зеркало заднего вида. Их глаза встретились на секунду.
— Не парься, — успокоил он её и снова сосредоточился на дороге. — Я бы на твоём месте тоже переживал. Увидел бы рядом с мамой какого-нибудь… ну, парня моложе. Подумал бы, что альфонс.
Забава не удержалась и с лёгкой усмешкой проговорила:
— Да с меня и взять-то нечего. Кто на меня позарится?
Миша усмехнулся.
— Ну почему? Ты теперь успешный редактор в солидном издательстве. Карьера, независимость.
— Когда мы познакомились, — напомнила Забава, и в её голосе зазвучали тёплые, почти шутливые нотки, — я была безработной, без гроша за душой и почти бомжом. Так что ещё неизвестно, кто тут на ком паразитирует.
— Что значит паразитирует? — возмутился Миша. — Мужчина, если ему женщина по-настоящему нравится, просто не может не ухаживать за ней. Вкусно кормить как минимум!
— Вот нравится мне ход твоих мыслей, — заметила шутливо Забава, надеясь разговорами отвлечь дочку от тревожных мыслей.
— А что? Любой человек заботится о том, чем дорожит. Дом это, машина или любимый человек — не важно. А те, кто считает иначе, просто ничего в жизни по-настоящему не ценят.
Он посмотрел на Забаву. В этом взгляде была такая ясная, не требующая доказательств нежность, что у неё перехватило дыхание. Они улыбнулись друг другу.
Эту тихую магию разрушила вибрация телефона Забавы.
Она машинально достала его, глянула на экран. Сообщение было от Оксаны.
«Мам, прости. Теперь я вижу, почему ты с ним. Он милашка».
Эти несколько слов накрыли её волной тепла.
В этот момент будто последний пазл встал на своё место. Всё напряжение, все тревоги внутри утихли. Не потому что исчезли проблемы, а потому что исчез страх быть непонятой самым близким человеком.
Они подъехали к дому свекрови. Раньше, каждый раз перед тем, как переступить порог ее квартиры, у Забавы сосало под ложечкой и сжималось сердце. Теперь же она чувствовала лишь лёгкое напряжение — и то из-за Игоря.
Ангелина Сергеевна тоже изменилась. Она открыла дверь — в её взгляде не было привычной оценки и холодности — шагнула навстречу и обняла.
От неожиданности Забава даже не нашлась, что сказать.
— Это Миша? — спросила свекровь, отпуская бывшую сноху и переводя взгляд за её спину.
— Да. Знакомьтесь. Миша. Ангелина Сергеевна, бабушка Оксаны.
— Очень приятно, — тепло проговорила та, отступая в прихожую. — Проходите, не стойте в дверях.
— Взаимно, — вежливо кивнул Миша, разуваясь.
Забава осмотрелась в поисках места для ботинок, когда заметила непривычно много пар обуви: мужские ботинки и зимние кроссовки, женские сапоги со стразами — свекровь бы такие никогда не надела.
— У вас гости? — спросила она.
— Да, — вздохнула Ангелина Сергеевна. — Горе, знаешь ли, объединяет. Собрались поддержать Оксану с Игорем.
Из гостиной послышались шаги. Забава посмотрела в ту сторону, намереваясь поздороваться с Игорем. Но это был Федя. Он остановился, завидев их. Его взгляд скользнул с Забавы на Мишу, тот как раз повернулся нему лицом, снимая куртку. О нём бывший муж уже точно был осведомлен. И Забава могла бы поклясться: если бы Фёдор не стиснул в этот момент зубы так, что мышцы под скулами вздулись буграми, челюсть его совершенно точно бы упала на пол.