Вспомнилась соседка, светская львица. Как-то она с назиданием говорила ей: «Надо дочь удачно замуж выдать. Приодень ее хорошо. Встречают по одежке, Забава, это закон жизни». И Забава старалась. Не для себя, никогда для себя. Платья, первая дорогая косметика — для Оксаны. Всё это казалось инвестицией в ее счастье. Сама-то она в детстве на такое рассчитывать не могла. Родители — работяги. Отец из-за постоянных перегрузок инвалидность получил. Всё детство можно было описать одной фразой: «Потерпи, Забава, пока денег нет». И она перестала о чем-то мечтать.
Думала, когда дочь уедет, легче станет, но первый год в меде оказался каторжным. Студенты не спали ни днем, ни ночью. Зубрили конспекты, перечитывали книги. О подработках не могло быть и речи. Жить в общежитии тяжело — договорились, что будут с подружкой снимать комнату. Опять надо было поднатужиться. Только к концу второго курса Оксана на лето устроилась санитаркой: и практика какая-никакая, и деньги свободные. Забава, наконец, вздохнула с облегчением — и вот тебе, нате, получите: сюрприз от «порядочного мужчины».
Никогда в ней не было этой коммерческой жилки, умения вертеться и выбивать свое. Но как-то все до поры складывалось, она плыла по течению и уж точно не могла подумать, что окажется у разбитого корыта в сорок два, когда ее ровесницы вовсю нянчат внуков и делятся в соцсетях фотографиями курортных морей.
По потолку плыли световые пятна от проезжавших мимо машин. Забава лежала так, пока за окном не занялся рассвет. Она поднялась с постели и медленно, словно прощаясь с прошлой жизнью, пошла осматривать квартиру.
В спальне стояла их бывшая с мужем кровать, большой шкаф-стенка, две тумбочки. Ничего из этого громадья не впишется в крошечный дачный домик. Она открыла дверцы шкафа, постояла, задумавшись, и вдруг начала вытряхивать вещи, сдирая их с плечиков, бросать на кровать. Старый чемодан на колёсиках лежал в самом низу. Она вытащила и его. Вот толстая вязаная кофта. Самое то для дачи. Вещь полетела в чемодан. А вот элегантное платье со струящимся низом, купленное на корпоратив бывшего мужа. Когда-то она в нем была хороша. Теперь в него не влезть. Давно уже мало. Она все откладывала его в дальний угол, думая про себя: «Авось, схудну». Теперь места для этого «авось» в ее жизни не оставалось. Куда девать эти вещи?
Она сходила на кухню, взяла большой черный мусорный пакет. И начала методично, без сожаления складывать туда всё, что не носила год, два, пять. Все эти «на выход», «на случай», «когда-нибудь».
— Отвезу в секонд. Или в церковь. Может, зачтётся, — проговорила она, стоя над двумя тугими, бесформенными мешками. Оказалось, что вся её жизнь давно умещалась в один чемодан.
Вещи Оксаны решила не трогать — пусть дочь сама решает их судьбу.
Забава перебрала документы, книги и учебные пособия. Всё устаревшее, бесполезное наконец-то полетело в мусор — давно было пора.
Она оглядела содеянное. Чемодан, коробка с книгами, любимая кружка. Вот и всё, что осталось от прежней жизни.
— Коробку увезу следующим рейсом, — решила она и вызвала такси.
Мужичку за рулём дама явно приглянулась. Его не смутили ни её встрёпанные волосы, ни красные от недосыпа глаза.
— Куда едет такая приятная женщина?
— На дачу, — буркнула она, негодуя: явно же знал, что везёт в СНТ, не мог не увидеть адрес.
— С чемоданом? — не унимался он.
— Да.
— А вы всегда такая неразговорчивая?
— Угу.
Флиртовать с таксистом в планы не входило. Нужно было хорошенько подумать о том, что она будет делать дальше. Потому отвечала односложно, и вскоре мужчина отстал.
До дачи добрались минут за сорок. Дорога в это утро была пустынна. Забава вышла из машины, мужчина достал её вещи из багажника.
— Помочь донести? — сделал он последнюю попытку.
— Не нужно. Сейчас муж выйдет встречать, — соврала Забава.
— Так бы и сказала, что замужем, — буркнул мужчина. — В такую даль не повёз бы.
Прыгнул в машину и дал по газам.
В другой раз от такой безобразной сцены у Забавы вмиг испортилось бы настроение. Но сейчас было наплевать и на этого таксиста, и на то, что он думает о её поведении.
Она поставила чемодан на землю и потянулась за ключами. В этот миг послышался топот.
Громкий, стремительный, нарастающий. Подняла голову и окаменела.