— Завтра видно будет, — сказала Тася, спускаясь с полка. — У меня ученики там один за другим записаны. И рекламную компанию к зимнему сезону подготовить надо… Спасибо за вечер. Если что, сама заходи.
Забава кивнула.
Оставаться в бане и впрямь уже не было никакого желания. Андрей торопливо помог прибраться. Тазики, ковшики были расставлены по местам, и семейная пара покинула гостеприимный участок.
Забава вернулась в дом, огляделась. «Всего-то день без тяжёлого ручного труда, а внутри уже натоплено, наготовлено, прибрано и пахнет уютно. Глядишь, появится в кране вода, привезут дрова… Какую-то неделю назад и не подумала бы, что можно радоваться таким простым вещам. Жила на всём готовом, считая, что это судьба такая, несправедливая».
Она, действительно, раньше всерьёз верила в то, что изменить что-то к лучшему в своей жизни, да хотя бы найти мужчину — уже просто невозможно.
Забава заварила чай из облепихи, малины и мяты по Тасиному рецепту, налила себе в большую кружку, захватила книжку и залезла под одеяло.
— Что же это, получается, я как ёж, — проговорила она негромко, глядя на шкаф. — А ёж — птица гордая. Пока не пнёшь — не полетит.
Глава 20. Невинной овечкой притворяешься?
За окном громыхнуло. Зазвонил, жужжа от вибрации, телефон. Забава проснулась, резко села на кровати, потянулась к мобильному, Пальцы, вспотевшие от волнения, скользнули по гладкому корпусу, и аппарат выпорхнул из рук. С глухим стуком он шлёпнулся на пол и, словно живой, отпрыгнул под кровать.
— Да чтоб тебя! — выдохнула Забава и, сползая с постели, принялась шарить там рукой.
Наконец, подцепив вибрирующий телефон, вытащила, кряхтя поднялась и поднесла его к уху.
— Алло?
— Хозяйка, доброе утро, — раздался в трубке мужской голос. — Выходи, я привёз дрова.
Отдернув занавеску, Забава выглянула в окно.
Низенький мужичок с широченными, как щётка, усами расхаживал вдоль грузовой машины взад-вперёд, то и дело поглядывая во двор.
— Минуточку.
На ходу накидывая на пижаму старый халат, Забава выскочила во двор.
Видавший виды грузовичок стоял порожним. Она явно была последней в его списке.
— Вот, ваш куб, — мужик в рабочей спецовке ткнул пальцем в сторону дров, сваленных небольшой кучкой. — Оплата, как договаривались. Вы в следующий раз только заранее звоните. Это повезло, что я тут неподалёку выгружался.
Забава достала мобильный и перевела деньги. В телефоне мужчины всплыло новое сообщение, он кивнул и забрался в кабину.
— И вот ещё, лучше побольше сразу заказывайте. Вам этого надолго не хватит.
— Пока денег на больше не заработала, — развела руками Забава.
— Да, сейчас жизнь такая. У всех туго с деньгами, — согласился мужик.
Машина зарычала и, обдав Забаву серым выхлопом, покатила по дороге.
Она дождалась, когда ветер унесёт запах дизеля и сделала глубокий вдох, оглядываясь окрест.
Лёгкий утренний туман почти растаял. И всё же его нежные пелеринки ещё лежали в низинах, цепляясь за кусты и траву.
Горка поленьев смотрелась перед низким штакетником очень живописно. Вот только ей было здесь не место.
«Столько мужиков вокруг трётся, а дрова придётся таскать самой. — подумала она, недовольно морщась. — Сложить бы всё в тележку…»
Забава увидела подругу ещё издали. Словно машина, не знающая устали, Тася, бодро шагая, катила перед собой огромную охапку сена. Травинки сыпались, отмечая путь от стога до конюшни.
Забава остановилась у забора, дожидаясь, пока Таисия выгрузит поклажу.
Смотреть на то, как работает кто-то другой, было гораздо приятнее, чем развозить сено по денникам своими руками. Да и поучиться было чему: дверцу Тася открывала одним движением, делала взмах рукой, чтобы конь отошёл, и вкатывала поклажу.
Лошади слушались её беспрекословно, к еде, пока она не выйдет, не прикасались.
Хозяйка конюшни выкатила тележку, довезла её до стога и тогда, наконец, подняла глаза на Забаву. Выпрямилась, потерла поясницу и, снимая перчатки, пошла навстречу.
— Что случилось? — спросила она. — У тебя же сегодня выходной.
— Да нормально всё, — заверила её Забава. — Просто дрова привезли. В руках буду вечность носить, хотела тележку одолжить.
Тася повернулась, глянула на лошадей, что-то прикидывая.
— Сейчас в последний денник сена подброшу — и тележка в полном твоём распоряжении. Пять минут, не больше. Подождёшь?
— Подожду, конечно. Куда я денусь?