— Я… я тебя не понимаю. О чём ты, Люба?
— Невинной овечкой притворяешься? — Федина пассия фыркнула. — Тебе следовало самой всё своей дочери объяснить!
— Да что я должна была объяснить-то?
— Что переехала. И что, если она хочет приехать на зимние каникулы, ей придётся пожить у тебя.
До Забавы наконец начало доходить. Она вспомнила слова Таси — как в воду глядела…
— Во-первых, я не переехала. Меня с твоей подачи выселил Федор. Это его решение, пусть он и объясняется с дочерью. Я не собираюсь делать эту работу за него. Или он думал, что за последствия его поступков отвечать будет кто-то другой?
Люба сопела в трубку, переваривая услышанное.
— То есть вот такая ты мать? — попыталась она давить на совесть. — Хочешь, чтобы ребёнок жил у чужих людей?
— Да почему? Пожалуйста, пусть приезжает. Только она не одна будет, а тут из спальных мест кровать и кресло. И то и другое — в одной комнатке.
— Аааа, так я была права! Федя сказал, будто ты не знала, что она замуж собралась. Думаешь, я в эти сказки поверю? Мне назло это всё затеяла?! — голос Любы стал визгливым. — То, что они хотят свадьбу весной — это ведь твоих рук дело? Ты их надоумила у него денег на свадьбу попросить! А он паникует теперь, что две свадьбы не потянет. Нашу предлагает на лето перенести!
— Я не знаю ничего про их планы на свадьбу. Аб-со-лют-но. Я даже с женихом её не знакома. Мне самой сказали только на днях. Что ты хочешь от меня, Люба?
— Всё ты знала! Ты же это и затеяла в отместку за квартиру, — в трубке послышалось тяжёлое, злое дыхание. — Ну что ж… Держись тогда. Отольются кошке мышкины слёзки.
Забава Она потянулась к кнопке, чтобы сбросить звонок и больше не слушать этот бред, но Люба была быстрее.
Хорошее настроение разом испарилось, словно его и не было. Забава посмотрела на Васю, слушавшего этот разговор с задумчивым лицом.
— Знаешь, давай лучше в другой раз рыбу поедим, — попросила она.
— Что, опять эта жужелица тебе крови попила? Таким людям шанса давать нельзя. Пойдём, отпою тебя чем-нибудь. Станешь как новенькая!
— Да не только в ней дело, Вась. Мне нужно ещё поленницу сложить как следует, чтобы дрова не отсырели, если дождь пойдёт. И… к Наталье сходить, спросить насчёт воды на участке.
Вася поглядел на неё, будто всё понял.
— Ну ладно, — вздохнул он. — Не последний день живём.
— Пойдём, провожу.
— Да я найду, где выход, спасибо.
Стало ещё поганей. Выходило, будто из-за какой-то ненормальной, которая придумала себе невесть что, она невольно обидела хорошего человека. Забава всё равно прошла за ним, встала у стеночки, пока тот надевал кроссовки со стоптанным задником. И закрыв за Васей дверь, заторопилась. Если завтра мужики придут, то смогут повесить бак. Но вот установить вышку для бурения скважины не смогут — потому, что не знают куда. А это означало, что надо как можно скорее наведаться в гости к этой Наталье. Узнать, сможет ли она найти водоносную жилу. А если согласится, то когда…
Она подошла к окну, проводила Васю взглядом, пока тот не скрылся за поворотом. Но успокоиться, привести в порядок нервы после звонка Любы, никак не получалось.
«Чай, — решила она, — надо просто заварить крепкого чаю».
Резкий металлический звук на кухне брякнул и затих. Забава вбежала туда и застыла на месте — по спине медленно поднимались мурашки. Всего минуту назад они с Васей беседовали здесь и всё было совершенно нормально. Теперь же ящик стола, который — она точно помнила — был закрыт оказался выдвинутым до предела. Вилки, ложки и ножи валялись на полу, зловеще поблескивая в дневном свете. Будто кто-то в гневе схватил приборы и бросил со зла.
Жуткое леденящее чувство, необъяснимое и иррациональное, сковало её, хотя за окном вовсю светило солнце. Оставаться в доме стало невыносимо — каждый уголок, каждая тень вдруг показались враждебными, несущими какую-то невидимую, но реальную угрозу. Кухонный нож, лежавший на краю стола, сам соскользнул и воткнулся, дрогнув, в половую доску в пяти сантиметрах от её ноги.
Глава 21. Вот почему домовой беснуется
Нет ничего страшнее неизвестности.
Забава попятилась к выходу. Медленно отступая, она старалась уследить за всем вокруг: не всколыхнется ли занавеска, не звякнут ли инструменты в ящике.
О том, что такое случается наяву, она только слышала. И то в далёком детстве. Но даже тогда в рассказы эти не особенно верила.
Одно дело, когда что-то со сна привиделось, и совсем другое, когда реальные, осязаемые предметы летят на пол без видимой причины.