— Фиса, ну хватит, успокойся… Пожарные тут, всё…
— Отстань! — она рванула руку, выдернув её из его пальцев. — Все против меня!
Она подтянула пса поближе. Забаве показалось, что ещё чуть-чуть и собаку спустят с поводка.
— Анфиса, угомонись, — прогремел тихий голос Натальи. — Получила своё, не кликай новых бед.
И злобная соседка вдруг послушно отступила. Ноздри Анфисы всё ещё раздувались, но решимость оставила её.
В этот момент пожарные добили последние язычки пламени. Сарай представлял собой теперь лишь чёрный, дымящийся остов, обильно политый водой.
Наталья развернулась и пошла в обратную сторону, прочь от чадящего остова сарая.
Ждать, когда Анфиса снова распалится, Тася с Забавой тоже не стали.
Тася качнула пустые вёдра.
— Не пригодились, — расстроилась она.
— Получила своё — переспросила Забава у Таси. — Что она имела в виду? Это за подклад?
Женщины переглянулись и поспешили догнать Наталью.
— За что она так взъелась на нас? Она что, сумасшедшая? — спросила Забава, едва поравнялась с гадалкой.
— Если б на тебе такая раскормленная лярва сидела, ты бы тоже со всеми подряд лаялась. — бросила, не оборачиваясь, Наталья.
— Лярва? — переспросила Забава.
Она слышала это слово, но вспомнить, что оно означало — не смогла.
— Паразит, — объяснила Наталья. — Сидит на шее, силы пьёт. А будете цапаться с ней — подхватите таких же.
Тася, нахмурившись, переваривала услышанное.
— И откуда у неё такой паразит?
— Всё просто, — Наталья говорила спокойно, будто объясняла простые истины. — Мелкие сущности только и ждут, от кого бы низкими вибрациями подпитаться. А склочный, вечно недовольный человек для них как фонарь для мотыльков в ночи. Вот Анфиса со своим характером и подцепила себе пассажира. И кормит его теперь ежедневно — злобой своей, обидами, криком. А лярвы, хоть и не разумные, умеют влиять. Толкают её на новые ссоры, чтобы корм был сытнее. Так и растёт.
— А вас она почему послушалась? — спросила Забава. — В прошлый раз, когда ее собака на лошадей бросалась, тоже только вы её и смогли заставить пристегнуть поводок.
Наталья повернулась и посмотрела на неё.
— Лярва, хоть и не разумна, опасность чувствует. Понимает, что я могу от нее избавиться в два счета.
Впереди показался дом Натальи.
— Тогда почему вы не снимете с неё эту… пакость? — задала Забава вопрос, который так и вертелся у нее на языке.
Наталья остановилась у калитки и повернулась к ним. Её лицо было серьёзным, а взгляд тяжёлым и усталым.
— Нет у меня такого права — без спроса людям помогать, — ответила она. — Пока сама Анфиса не увидит в этом проблемы, пока сама не начнет помощи искать, — делать с этим я ничего не буду.
— А если мы попросим? — не унималась Забава. — Вместе? Всей улицей скинемся? Я же правильно понимаю, что она не только нас с Тасей достаёт?
— Свято место пусто не бывает. Если этого паразита сниму, а Анфиса так и не научится за языком следить, не начнёт держать в узде свои чёрные мысли, то так и станет на горбу что-то другое носить, — объяснила Наталья, — Я же говорила, что злоба притягивает низких сущностей. На место паразита может и что похуже явиться…
Наталья открыла калитку.
— Пока сама измениться не захочет, любое вмешательство — игра в рулетку. И ставка в этой игре — её рассудок. Я за такое не возьмусь.
Гадалка наконец зашла к себе во двор.
— Ну, будьте здоровы, — коротко кивнула она.
Тася и Забава побрели дальше. По обочинам лежали охапки гниющих листьев, распространяя легкий, сладкий аромат тлена.
Обе что-то обдумывала и наконец Забава нарушила тишину.
— По всему выходит, что это Анфиса Поганку увести пыталась. Наверняка утверждать не возьмусь, но машина похожая. И мужика Поганка тогда цапнула. Помнишь, я рассказывала, как Анфиса орала, что твои лошади людей кусают… Только как она мужа заставила на такое решиться?
Тася хмыкнула, отпинывая ногой камешки.
— Если б у тебя дома жила такая повернутая, ты бы тоже на многое соглашалась, лишь бы она угомонилась и дала передохнуть. Хоть на час.
— Это да, — вздохнула Забава. — Но почему он просто не разведётся? Не уйдёт?
Тася пожала плечами.
— Да кто их разберёт, Забава. Кто их разберёт…
Они уже подходили к конюшне. Сквозь дощатый забор было видно, как заинтересованно кони подняли головы, запрядали ушами. Они явно уже поджидали хозяйку. Тася остановилась, оперлась на столб ворот и посмотрела на подругу.
— Не хочешь в свой выходной поработать? Сенца покидать? От стресса лечит.