— Нужен отпугиватель получше, чтобы она за пятьсот метров мой дом обходила.
— Хочешь, пошли к нам? — предложил Андрей. — Ляжешь с Тасей, а я на полу как-нибудь.
Забава покачала головой.
— Спасибо, конечно, но я спать люблю у себя дома.
— Ну, смотри. Если что — сразу звони.
— Ещё раз спасибо, что пришёл.
— Да не за что.
Она закрыла за ним дверь, повернула ключ и прислонилась лбом к прохладному дереву. На улице было тихо.
«Может, собаку завести? — подумала Забава. — Волкодава. Или Алабая. Тогда ни Анфиса во двор не полезет, ни её муженёк… Вообще, нужно будет подумать, что с этим делать…»
Утро нового дня встретило ясным небом и ярким солнцем. Перед рассветом прошел небольшой дождь. Тучи почти разошлись, но дорога искрилась лужами, в которых отражалось высокое осеннее небо. Деревья стояли наполовину нагие, и от этого вида щемило сердце — с каждым днём они оголялись всё больше.
Забава бодрым шагом шла на конюшню. Ещё на подходе её, как всегда, встретило нетерпеливое ржание. Она подошла к Звёздочке, потрепала за шею, почесала за ушами в том месте, где кожа особенно нежная. Кобыла подставила голову, наклоняясь ниже, словно кошка, просящая ласки.
Посмеиваясь, Забава чмокнула её в нос и принялась за работу — раздала всем по охапке душистого сена, вывела лошадей. Кони, почуяв свободу, сначала носились, как дети, отбрыкиваясь задними копытами, а потом, раздувая ноздри нюхали сырую после дождя землю, и радостно валились в грязь, катаясь и разбрызгивая ее во все стороны.
— Ну хоть чистить вас мне не надо, — с облегчением выдала она, глядя на их довольные морды.
— Почему это? — прозвучал позади сонный голос подруги.
Тася стояла, щурясь на солнце.
— Ну что смотришь? Иди неси амуницию и выводи Звёздочку. Будем учить тебя ездить верхом.
— Может, не надо? После такого стресса…
— Именно после стресса — самое то! — не дала отвертеться Таисия.
Забава вздохнула. «Явно кто-то свыше слышит мои мысли, — с горьковатой иронией подумала она, глянув на чумазые бока Звёздочки. — И чувство юмора у этого кого-то, прямо скажем, так себе».
— Молодец! — кричала Тася с земли, держа лошадку на корде и заставляя бежать по кругу.
— Это мне или лошади?
— Уже шутишь верхом?
— Это я от страха, — отнекивалась Забава.
— Хорошо! К концу месяца, глядишь, уже сама в лес сможешь выехать, по тропинкам. Ну всё, тренировка окончена, — сказала она, сворачивая корду кольцами и беря Звездочку под уздцы.
— Верится с трудом, — честно призналась Забава, сползая с седла и чувствуя, как дрожат от непривычного напряжения мышцы бёдер. — Мне до сих пор страшно сидеть наверху. Кажется, вот-вот упаду.
— Привыкнешь, — отмахнулась Тася.
Она похлопала Звёздочку по шее, отцепила корду, чтобы отвести лошадь обратно в леваду.
— Ты, Катя, чего не выходишь свекровь встречать? Могла бы перед моим приходом и прибрать во дворе! — вдруг послышалось за забором.
С места, где стояли подруги, видно было плохо, зато возмущённый монолог был слышен на всю округу, будто женщина намеренно пыталась привлечь как можно больше внимания, чтобы пристыдить нерадивую невестку.
Забава подошла ближе к забору.
На крыльце соседнего дома стояла худенькая бледная девушка. К её плечу прижат крошечный сверток. Судя по размеру, ребёнку не было и двух месяцев. Тихо покряхтывая, малыш обещал вскоре разразиться плачем. Она что-то нерешительно промямлила в ответ.
— Что значит не могу? Я с двумя управлялась! У тебя, поди-ка, и дома такой же бардак?
Знакомая и горькая горячая волна подкатила к горлу. Забава посмотрела на Тасю. Та, хмурясь, тихо пояснила:
— Соседка. Молодая, только недавно родила. Свекровь к ней раз в неделю приезжает и устраивает разнос.
Впервые в жизни Забава поняла смысл выражения «забрало упало». За себя постоять она никогда не умела, но сейчас разом нахлынуло чувство, будто если не вмешается, если сейчас же не поставит на место эту наглую узурпаторшу — перестанет уважать себя как человека.
— Женщина! — выкрикнула она, — Да, да, вы! Постыдились бы!
Только тогда она заметила, как Тася отчаянно сигнализирует ей глазами, едва заметно качая головой: «Не надо, молчи». Но было поздно.
Глава 38. Эта «больная» ещё и за рулём ездит?
Свекровь Кати медленно повернулась на голос и окинула Забаву таким брезгливым взглядом, словно с ней вдруг компостная куча заговорила.
— Вас, дамочка, не учили разве, что старших не перебивают? — процедила она сквозь зубы. — Вот будет вам столько, сколько мне, — многое поймёте. А пока что в чужой двор свой нос не суйте.