Хрупкую фигуру в гжельском платье он увидел издалека. Молодая соседка провожала высокого худого парня, который садился в автобус. Пыльный “Икарус” пронесся мимо, обдав Сергея гравием из-под колес, а Маша едва удостоила его взглядом и быстро зашагала прочь. Видимо, встреча прошла не так, как ей того хотелось.
Что ж, у всех бывают неудачи в жизни. Сергею, например, хронически не везло на автобусы и женщин: первые его не замечали, вторые - не ценили. Впрочем, сейчас было не до философствований: скорее бы добрести до дома и упасть на ребристую кушетку.
Дни летели один за другим. Он привык рано ложиться и вставать, делал зарядку по утрам, много читал. Быт потихоньку налаживался. Сергей починил душ, снял сгнившую занавеску, а новую вешать не стал, поскольку прикрываться было не от кого. Маша не заглядывала на его улицу, а грохот мотоцикла Елизаветы Карповны было слышно за версту. За домашние овощи и яйца пенсионерка брала недорого, по-соседски, на участке осматривалась с любопытством, хвалила за хозяйственность.
Лето набирало силу; вскоре готовить в домике стало жарко, да и покупать газ по цене кислорода не хотелось. Во дворе он сложил подобие очага из старых кирпичей, сверху бросил ржавую решетку. На этой импровизированной плите Сергей разогревал консервы, кипятил воду для чая и даже готовил подобие супа.
В магазин ходил раз в неделю. По пути всегда забирался на фундамент и звонил матери - отчитаться, что жив. Артему отправлял СМС. Ответы порой получал сразу, а чаще - неделю спустя. Однажды пришло сообщение с номера жены:
“Первого июля, в понедельник, идем подавать заявление в ЗАГС. Жду в полдень у входа”.
“Были ведь уже”, - с недоумением подумал Сергей. Потом понял.
Он явился на место заранее, а Света - как всегда вовремя. Как всегда, красивая. От города Сергей успел отвыкнуть и перед встречей с женой нервничал сильнее, чем хотел бы.
Заявление приняли без проволочек, очереди не было. Супруги и полслова не успели сказать друг другу.
Он вышел из здания первым, увидел у входа знакомую легковушку и удивился: ведь Артем не в курсе событий. Только по смущенному виду друга понял, что ждут совсем не его.
- Слушай, ну... это случайно вышло! - крикнула вслед бывшая.
Сергей не обернулся.
Он привез из города две бутылки водки - в деревенском магазине покупать не хотелось. Накромсал в тарелку огурцов с хлебом и сел думать. Получалось плохо.
- Таких друзей за яйца - да в музей, - бормотал Сергей, вытряхивая остатки из бутылки. - Светка тоже... Не могла она так больше... как же, ага.
Он похудел, зарос бородой, одежда висела мешком. Из дома почти не выбирался. Елизавета Карповна по-прежнему подкармливала Сергея свежими овощами и историями про молодую соседку. Машу иногда видел у колодца; девушка смотрела исподлобья и уходила раньше, чем он успевал приблизиться.
В середине августа налетел тайфун. Под проливным дождем Сергей, натягивая на лоб сползающий капюшон ветровки, кое-как заколотил окна досками. Всю ночь прислушивался к завыванию ветра снаружи. Верхние ветки деревьев колотили по крыше, нижние - то и дело норовили выбить стекла, а дверь тряслась на старых петлях, словно кто-то недобрый пытался ворваться в дом.
Наутро Сергей оценивал ущерб. Сад почти не пострадал, зато с крыши сорвало сразу два листа шифера. Целехонькие, они лежали возле домика. Он прислонил к стене лестницу из душа, вооружился кирпичом вместо молотка и полез наверх.
Работа спорилась и уже подходила к концу, когда снизу окликнули. У калитки с большой сумкой через плечо стояла мама и с неодобрением разглядывала бородатого сына, судя по всему, крушащего бабушкино наследство. Он вяло помахал рукой, вбил в кровлю последний гвоздь и скатился по лестнице вниз.
Мама привезла борщ, картошку, домашние котлеты - всё в литровых банках, укутанных полотенцем, еще теплое. Потом села рядом с сыном за стол и принялась учить уму-разуму:
- Они ко мне приезжали... Все и вправду случайно, в июне столкнулись где-то и разговорились... Ну, нельзя так, пойми. И жену, и друга потеряешь. Сколько вы с Артемом вместе? С третьего класса?
- Со второго, - буркнул Сергей, ковыряя вилкой картофелину.
Потом он восстанавливал порядок в саду, а мама убиралась в домике: вымыла полы, отскребла стол и даже повесила чистые занавески. На прощание целуя сына, она напомнила, что развод - тридцать первого августа, и посоветовала привести себя в порядок.
Через несколько дней он отправился в магазин за бритвенными принадлежностями - собственные где-то затерялись после уборки. На обратном пути решил позвонить матери и свернул с дороги к заброшенному участку. Там снова оказалось занято. Маша прохаживалась по краю фундамента и быстро-быстро говорила в трубку: