И Давинион прозевал очередную рокировку смены. Клинок Ульмара, описав медленное полукружье, неожиданно резко отшиб в сторону его кинжал и на обратном движении с оттягом полоснул по шее арнорского воителя. Юный граф захрипел перерезанным горлом, и из последних сил еще попытался броситься на врага, чтобы если не победить, то хотя бы забрать его с собой в смерть, но ноги отказались держать его, и гордый северный аристократ рухнул на пол, содрогаясь в агонии.
Увидев гибель своего друга, государь Гондора словно обезумел и, зарычав как дикий зверь, устремился вперед. Его более не заботила собственная жизнь. Он ныне шел на смерть и прекрасно сознавал это. Где-то рядом могучий Беорн крушил своей секирой направо и налево, и практически каждый подобный удар становился фатальным для одного из воинов южной орды. "Песнь волн" розного полумайра также не уставая тянул песнь смерти, выкашивая врагов целыми шеренгами, и именно благодаря им двоим строй последних защитников древней твердыни дунадайн так до сих пор и не был смят.
Уже давно был потерян шлем, сбитый с его головы одним из особенно удачливых врагов, но короля совершенно не волновала подобная досадная мелочь. Он продолжал сражаться с непокрытой головой, и ничто более не мешало его обзору, а раскаленный от дикой ярости сражавшихся, до предела насыщенный кровью и гневом воздух жестокой сечи все сильнее и сильнее пьянил его, заставляя дышать полной грудью, и наполнял могучее сердце короля неистовой жаждой битвы.
Покинув строй, Анор Первый схлестнулся разом с пятью телохранителями Танцующего Клинка. Меч первого витязя Гондора полыхал чистым голубым пламенем. Знаменитый Нарсиль великого Арагорна Странника, сына Араторна был вновь извлечен из его могилы, чтобы в сей темный час вновь возжечь в людях заката угаснувшую было надежду на победу и благоприятный исход.
Укрепленный древними чарами сына Оссе, этот клинок сиял чистым голубоватым светом и проходил сквозь металл и плоть, словно сквозь эфир, не встречая ни малейшего сопротивления, а сплошные мифриловые доспехи государя южного королевства надежно хранили его от ран и мечей врагов. Невзирая на все свое смертоносное боевое искусство, один за другим падали воины Ульмара сраженные древним клинком самого великого из людей, когда-либо рождавшегося под солнцем этого мира.
Но несмотря на всю свою мощь, Анор Первый был лишь человеком. Всех пятерых противостоявших ему сумел повергнуть он, однако отвлекся всего на долю секунды, чем и воспользовался оказавшийся рядом Ульмар Танцующий Клинок. Его черненый ятаган подобно змее стремительно метнулся вперед, полоснув по пальцам первого меча Гондора и заставив Анора выронить меч. Следующий удар должен был лишить витязя головы, но феноменальная реакция спасла верховного короля людей заката. Вместо того чтобы отсечь ему голову, клинок сына султана пронесся мимо, но его тяжелая рукоять все равно со страшной силой ударила Анора в прямо висок.
Государь Гондора рухнул как подкошенный. Удар Танцующего Клинка лишил его сознания. Ульмар уже торжествующе склонился над поверженным противником чтобы добить его, как вдруг воздух в тронном зале грозно потемнел, и по залу пронесся жуткий нечеловеческий рык, в котором недвусмысленно звучала древняя первородная сила штормовой стихии. Неистовый Дуллан, заметив, что Анору угрожает опасность, бросился на подмогу к другу-господину, расшвыривая со своего пути воинов южан, словно мелких нашкодивших котят.
И Танцующий Клинок устрашился. Сын харадского султана мало чего боялся в этой жизни, но, несмотря на невероятный воинский талант, он все же был смертным и, невзирая на всю свою неистовую, а порой даже безумную отвагу, прекрасно сознавал, что не ему тягаться с бессмертным подобного ранжира. Стремительной тенью скользнул он за спины своих воинов, которые тут же воздвигли сплошную живую стену между своим господином и грозным воплощением штормового урагана, коим ныне представлялся Дуллан всем без исключения, кому посчастливилось узреть его ужасный лик.
Оказавшись подле неподвижного тела Анора, сын майра легко подхватил его на руки, словно ребенка, и ни у кого из врагов в тот миг не хватило духу встать на его пути.
-Беорн, нужно уходить! - Прорычал он совершенно осатаневшему от крови оборотню, сквозь человеческий облик которого все явственнее и явственнее проглядывали звериные черты. - Мы еще можем спасти короля!