Впрочем, хоббит об этом не знал. Гораздо более его волновали подозрительные взгляды странных на вид гибких поджарых людей со слишком длинными и острыми даже для эльфов ушами и дикими звериным глазами с вертикальными зрачками. "Оборотни" - сразу понял отважный полурослик. Они настороженно косились в сторону хоббита, принюхиваясь словно гончие псы, и от этого у Далго всякий раз душа уходила в пятки. Он слишком хорошо представлял себе, что именно с ним будет, если его все же обнаружат.
Исполинская цитадель Ангбанда потрясала воображение. Куда там было до нее Барад-Дуру и прочим темным твердыням появившимся на свет много позже падения Мелькора. Это был целый горный пик еще более усиленный рукотворными укреплениями рабочей силой армии тьмы и магией самого Падшего подобно гигантскому Тангородриму, срытому до основания в давно ушедшие дни Первой эпохи. Глядя на нее становилось понятно, что тот, кто обосновался в ней, не по зубам ни людям, ни даже их старшим покровителям элдар. Лишь Валар могли потягаться на равных с подобным соперником, но древние силы мира уже давным давно не являли себя в пределах смертных земель...
Впрочем, Далго некогда было любоваться на мрачные ландшафты здешних негостеприимных мест. У него было дело, не терпящее отлагательств, и хоббит был намерен выполнить как можно скорее. До наступления темноты было совсем недалеко, и полурослик, проникнув через открытые исполинские врата цитадели вовнутрь затаился в одном из глухих и темных закутков, дожидаясь ночи. Он не знал привычек падшего, но надеялся, что тот все же спит именно в это время суток. В противном случае вся их задумка с Гэндальфом могла полететь ко всем балрогам и иным темным тварям.
***
Ночь наступила незаметно, хоббит даже успел немного задремать в своем убежище. Ангбанд и его окрестности, погрузились в относительную тишину, лишь изредка нарушаемую грубыми голосами орков и заунывным воем оборотней. Похоже, полностью жизнь не затихала здесь никогда.
Впрочем, Далго не приходилось выбирать. У него был лишь один единственный шанс исполнить задуманное, пока чары наложенные на него старым волшебником окончательно не развеются под губительным воздействием амулета хаоса. Осторожно покинув свое укрытие, полурослик тихонько зашагал по извилистым коридорам Ангбанда. Ему повезло. Несмотря на то, что ходы здесь были изрядно запутанными, основной коридор был намного выше и шире прочих, отчего хоббиту не составляло никакого труда всякий раз выбирать верное направление.
Пройдя довольно далеко вглубь темной твердыни, он наконец разглядел в конце коридора массивные черные врата, величиной не уступавшие городским. "Верно их создали для троллей" - смекнул хоббит - "Или еще для кого похуже...". Подле исполинских врат стояло двое великанов вооруженных огненными бичами, от которых струился невыносимый жар.
"Балроги!" - Охнул полурослик. - "Как говорится, помянешь демона - он и явится".
Далго застыл в смятении на полпути до цели. Древние слуги Моргота внушали ему самый натуральный ужас, от которого дрожали колени, а во всем теле образовывалась слабость, побороть которую он был просто не в силах.
Впрочем, его вряд ли можно было за это винить. Крылатые демоны с полыхающими темным пламенем Удуна, которое и давало им жизнь, глазами действительно выглядели очень грозно, и могли повергнуть в трепет даже бывалого, опытного в ратных делах воителя. Что уж было говорить о маленьком хоббите, который несмотря на все уроки, которые уже успела преподать ему жизнь, в глубине души так и остался задумчивым, чуть отстраненным от окружающего мира мечтателем и фантазером.
Однако затем Далго неожиданно вспомнил свой дом, на завалинке которого он так любил сидеть и смотреть, как его мама сажает цветы во внутреннем дворике их небольшого сада. Вспомнил веселую болтовню Бобби и унылое, но оттого не менее забавное брюзжание Терри и его важные рассуждения относительно "древнего и уважаемого рода Диггинсов". Вспомнил полноводный Брендуин, куда они еще совсем мальчишками ходили купаться в тайне от старших, вспомнил простые, добрые лица и уютный, незатейливый быт жителей Бэкланда, с которыми, как оказалось, его связывало столь много приятных и не очень воспоминаний...
И осознание того, что это все может кануть в небытие, если он, Далго Дримсон, сейчас не сумеет справиться с собственным страхом и не исполнит то, зачем он сюда пришел, придало хоббиту сил. Мысленно сосчитав до десяти, он осторожно двинулся вперед, стараясь производить как можно меньше шума.