— Оно того стоило, — пробормотал он, глядя на зажигающиеся в сумеречном небе звезды.
— Точно.
Артур немного наклонил голову, так что его волосы защекотали Альфреду ухо, и тоже посмотрел в небо. А Альфред понял, что Артур думает совсем не о концерте.
__________
¹Это начало песни «Beautiful Ohio», под которую танцевали герои рассказа.
²Надеюсь, все узнали «Апрельское колдовство» Рэя Брэдбери.
========== Действие одиннадцатое. Явление I. Предчувствие ==========
Действие одиннадцатое
Явление I
Предчувствие
— Вы нарушили прямой приказ директора, репетировали в тайне от всех, несмотря на мой личный запрет, подговорили студсовет прикрыть ваши махинации, — строго выговаривал Гай, даже не глядя на Артура. — Ты хоть представляешь, что я мог бы сделать с вами всеми за это? Да я мог бы вообще закрыть ваш клуб и запретить участие во всех мероприятиях до конца обучения!
— Формально, мы ничего не нарушали, — стойко выдержав вспышку гнева, спокойно ответил Артур.
— Да плевал я на формальности, Керкленд! — Гай с силой хлопнул по столу.
— Это была только моя инициатива, — поджав губы, начал Артур. — Это я убедил остальных ребят участвовать, попросил Тима помочь в совете и организовал репетиции. Если кого-то и нужно наказывать, то только меня.
С тем обширным списком нарушений, который уже был у Артура после всех его стычек со Скоттом, его наказание обещало быть несколько серьезнее, чем поступить в вечное рабство к Башу, но он уже сказал драмкружку, что возьмет всю ответственность на себя, и никакие возражения Альфреда не могли помешать ему сдержать слово. Не исключит же его, в самом деле, Гай за организацию постановки на выпускной.
— Смелое заявление, Керкленд, с твоим-то послужным списком, — директор прищурился, и Артуру показалось, что он прячет улыбку.
— Я готов понести ответственность за свои слова, — просто ответил он. — Как президент драмкружка и организатор выступления.
— Ты молодец, Артур, — покровительственно кивнул Гай. — В этой ситуации ты повел себя, как настоящий лидер. Возможно, мы воспитали не таких уж пустоголовых балбесов, какими вы кажетесь на первый взгляд.
— То есть?.. — Артур нахмурился, растерянно глядя на директора, и неуверенно добавил. — Спасибо, директор Кассий.
— Вот уж не думал, что вы решитесь выкинуть что-то подобное, после того разноса, который я вам устроил, — усмехнулся тот. – Но, подумать только, нашли лазейку в приказе! Да уж, с вами, детишками, не соскучишься… — устало, но уже гораздо более миролюбиво вздохнул Гай. — В этот раз наказания не будет, — заметив напряжение Артура, добавил он. — Отработки у Баша должны были послужить вам хорошим уроком и навсегда отбить желание разрушать мою школу. А выступление… ну, формально это же был не драмкружок, верно?
— Спасибо! — уже искренне улыбнулся Артур, чувствуя, как невероятное облегчение буквально приподнимает его над землей.
— Иди и обрадуй своих, пока я не передумал, — махнул рукой Гай, и Артур поспешил воспользоваться его предложением.
С тех пор, как состоялся этот разговор, прошло уже две с половиной недели, из которых десять дней занимали каникулы. Артур провел их в Японии, и, по стечению обстоятельств, Альфред тоже остался в «Кагами». Теперь, когда драмкружку ничего не угрожало, экзамены были более или менее успешно сданы, и над ними не висела обязанность выполнять все поручения Баша, они могли встречаться не только на кухне по ночам. Альфред часто заходил с утра, чтобы выпить кофе и поболтать о какой-нибудь ерунде, а потом так и оставался до самой ночи, и Артур ничуть не возражал против его компании. Они вместе выполняли задания на каникулы, выбирали новую пьесу для драмкружка, смотрели сериалы или играли в дурацкие компьютерные игры, ходили в магазин за продуктами и гуляли по городу. Это было настолько привычно и правильно, что Артур совсем перестал задумываться о том, какие отношения связывают их с Альфредом.
Они никогда об этом не говорили, Джонс не предпринимал никаких попыток продвинуться дальше, чем уже есть, и Артур тоже предпочитал не проявлять инициативу. В глубине души он боялся, что Альфред и не хочет ничего большего, боялся, что он просто не готов — ведь Ал столько раз говорил ему, что он не гей и парни его не привлекают. Артур боялся, что если поспешит сейчас, то испортит все, что уже между ними есть. Ведь они с Альфредом просто два хороших друга, которые зависают вместе на каникулах — разве этого мало?
Оказалось, мало. Чертовски мало.
Подавив тяжелый вздох, Артур постучался в тяжелую темную дверь кабинета искусств, из-за которой доносились приглушенные голоса. После выпускного Ловино связь драмкружка и Феличиано оборвалась, и рассчитывать на добровольную помощь Варгаса им больше не приходилось, но Артур все еще надеялся, что, возможно, Феличиано не откажется им помогать. В конце концов, они были одноклассниками, и иногда общались на переменах, а совсем недавно вместе отыскали «сокровище» их бабушки — Артур предполагал, что, если ситуация окажется совсем безвыходной, он сможет попросить декорации у Феличиано как ответную услугу. Выждав достаточно времени, он толкнул дверь и ожидаемо обнаружил за ней Варгаса в компании еще нескольких участников клуба. Куратора не было, и это тоже было вполне предсказуемо: учебный год начался меньше недели назад, и большинство кружков еще не начали работать в привычном режиме. Насколько Артур знал, только драмкружок, готовящий приветственное выступление, и футбольная команда «Кагами», прошедшая отбор в какой-то крупный летний турнир, собирались с первого же учебного дня.
— Феличиано, можно тебя на минутку? — позвал Артур, не обращая внимания на взгляды остальных.
— Конечно, Артур, — улыбнулся Феличиано. — Снова декорации, да? — беспечно склонив голову на бок, спросил он, и Артур кивнул. — Не уверен, что смогу помочь. У меня дополнительные занятия по физкультуре, кружок, выпускные экзамены, а еще нужно собрать портфолио, — Феличиано загибал пальцы, перечисляя свои планы. — С другой стороны, вы так помогли нам с Ловино в прошлом семестре, будет грубо вам отказать… Не смотри на меня так, мне страшно! — вдруг подняв руки в защитном жесте, вскрикнул Феличиано.
— Я не… — Артур вмиг залился краской и отвел глаза. — Мы поможем, тебе не придется делать всю работу в одиночку. Согласен?
— Уговорил, — протянув излюбленную фразу, рассмеялся Варгас. — Я зайду за сценарием после собрания, ладно? Заодно посмотрю, что у вас уже есть.
— Не очень много, — признался Артур. — Сегодня попробуем прогнать на сцене, но еще столько всего! — он махнул рукой. — Спасибо за помощь, Феличиано. Увидимся.
Варгас кивнул и тепло улыбнулся на прощание, а Артур, невероятно довольный собой, хотя и прекрасно понимающий, что его заслуги в том нет, направился в зал драмкружка, где его дожидались остальные. Артуру определенно не нравилось, что с каждым годом драмкружок редеет все сильнее и сильнее, он чувствовал в этом долю своей вины и не мог избавиться от мысли, что если бы тогда, три года назад, президентом выбрали не его, а кого-нибудь другого — кого угодно — все было бы намного лучше.
Возможно, драмкружку не пришлось бы выступать на выпускном в настолько урезанном составе, потому что другой, более опытный и рассудительный президент, смог бы защитить их от наказания директора. А может быть, другой президент смог бы установить крепкие связи с кружком рисования, и сейчас им не пришлось бы перекладывать всю работу на хрупкие плечи одного Феличиано, а светом и цифровой обработкой занимался бы не один Эд, а целая группа добровольцев из компьютерного клуба.
Артур подавил тяжелый вздох и стиснул кулаки — он не мог позволить себе такие мысли. Может быть, все и было бы куда более радужно для драмкружка, выбери они тогда себе другого президента, но они выбрали его, Артура, и он не собирался обманывать их ожидания. Однажды он почти отказался от своего любимого дела, потому что был слишком занят сожалениями о несостоявшейся любви, и больше не мог так оступаться. Если он снова окажется слишком слаб, чтобы принять ответственность за свои решения и судьбу драмкружка, которую он выбрал, то ребятам придется подыскивать себе нового президента. Тот, кто может лишь вечно сокрушаться о неудачах и оглядываться назад, по определению не станет хорошим лидером.