— Арту-у-ур, — снова позвал тот, срываясь на стон. — Стой, ты весь намокнешь…
Теперь пришла очередь Артура краснеть: он, конечно, был возбужден, но не до такой же степени. И слышать подобное от Джонса было как-то совсем непривычно — от удивления он даже остановился.
— Мы же стояли на месте, почему тут вдруг стало так глубоко? — Альфред неловко растрепал волосы.
— О, — только и смог выдать Артур.
Джонс имел в виду воду: каким-то образом они умудрились отойти от пирса еще дальше и оба намочили штаны, а у Артура вода едва не добралась и до трусов тоже. И никаких пошлостей.
Они добрались до пирса, и когда Ал, забравшись, протянул Артуру руку, тот, вместо того, чтобы подняться, потянул его вниз, усаживая напротив себя. Ширинка Альфреда оказалась на уровне груди Артура, его член все еще стоял, и он, покраснев до ушей, попытался прикрыться.
— Боишься? — усмехнулся Керкленд. — Это нормально, если ты не хочешь торопиться.
— Очень хочу, — тихо ответил Альфред, и сердце Артура забилось чаще. — Просто… хочу, чтобы тебе тоже было хорошо.
— Джонс, тебе нельзя быть таким милым, — Артур уткнулся лицом Альфреду в живот.
— А тебе — таким горячим, — пробубнил тот.
— Что, прости?
— Ох, просто прикоснись уже ко мне!
И Артур прикоснулся — приспустил трусы, насколько это было возможно, и обхватил все еще влажной ладонью горячий член. Двинул рукой на пробу, потянул вниз, обнажая головку, и погладил ее большим пальцем — Альфред застонал и, грубо приподняв его лицо за подбородок, впился поцелуем. Артур продолжил движения рукой, нарочно замедлившись, когда Ал начал толкаться ему в ладонь.
— Спорим, ты сейчас мечтаешь, чтобы я взял его в рот?
Джонс задохнулся стоном и недоверчиво посмотрел на него — красный, с затуманившимся от возбуждения взглядом — Артур уже и сам был совсем не против. Улыбнувшись, он наклонился, не разрывая зрительного контакта, и прикоснулся губами к головке, а в следующее мгновение Альфред, пальцами запутавшись в его волосах, резко толкнулся ему в рот.
— О-о-ох, черт, Арту-у-ур, вот черт, — пробормотал он. — Так хорошо, ты просто потрясающий, и твой рот…
Артур заставил его зажать рот ладонью и заткнуться, когда, наконец, начал сосать — двинул головой, языком подразнил головку, снова взял глубже. Собственный член требовал внимания, так что он свободной рукой скользнул в штаны, двигаясь в такт движениям головы.
— Т-ты, — Альфред потянул его за волосы вверх, отрывая от члена. — Ты ведь трогаешь себя?
Артур смутился и отвел взгляд — Джонс был слишком возбужденным, и его пошлые слова, сказанные с такой интонацией, заводили только сильнее. Он кивнул, когда понял, что тот не собирается отпускать его, пока не получит ответ.
— Я тоже хочу к тебе прикоснуться.
Ох, черт, что же он творит!..
Артур кивнул и забрался к Альфреду на пирс. Тот потянулся к его ширинке — расстегнул осторожно, словно боялся дотронуться, пальцами провел по члену через трусы, приспустил их, как раньше делал Артур, и повторил его движения.
— Приятно?
Это было потрясающе.
Тот кивнул, теряясь в ощущениях: с одной стороны, Альфред двигался неуверенно и неловко, и это не было так уж хорошо, но с другой — черт побери, он трогал член Артура, он был возбужден и ему это нравилось!
— Давай ближе, — предложил Керкленд. — Хочу тебя обнять.
— Боже, Артур, — Альфред усадил его к себе на колени, так что их члены почти соприкасались, и Артур смог обхватить его за шею, прижимая к себе.
Альфред обхватил оба их члена ладонью и неуверенно двинул — волна удовольствия заставила Артура прогнуться в спине. Он освободил одну руку и положил поверх руки Ала, помогая ему найти верные темп и силу.
— Намного лучше, чем одному, правда? — прошептал он Альфреду на ухо.
— Не представляешь, насколько, — ответил тот. — С тобой все в миллион раз лучше, чем одному. Ты меня просто… — он прервался на стон, потому что Артур резче задвигал ладонью, чувствуя приближение оргазма, — с ума сводишь, — выдохнул Альфред. — Ты самый лучший, Артур, ты просто потрясающий. Я тебя так… Ох, Артур!
Он кончил с приглушенным стоном, и Артур почти сразу последовал за ним, уткнувшись ему в шею. Они еще долго молчали, пытаясь восстановить дыхание, и целовались — долго и лениво.
— И как мы пойдем обратно в таком виде? — вздохнул Артур.
Они с Альфредом кое-как привели себя в порядок — сполоснули руки в реке и застегнули штаны. Но в штанах как раз и была вся проблема: после непредвиденного купания они были насквозь мокрые, холодные и мерзко липли к ногам.
— Если хочешь, можем остаться здесь на ночь, — подмигнул Ал. — Герой тебя согреет.
Артур отвесил ему подзатыльник.
***
На следующий день Артур проснулся рано. Он прекрасно помнил события прошедшей ночи, а потому готов был провести в кровати, спрятавшись под одеялом от всего остального мира вообще и Альфреда в частности, всю оставшуюся жизнь. Но ему предстояло много дел, поэтому спустя полчаса душевных терзаний и мучительных попыток стереть себе память он все-таки выбрался наружу.
Умывшись и причесавшись, он оделся и отправился к зданию школы — результаты последнего экзамена должны были уже вывесить.
Возле стенда с объявлениями была небольшая толпа — но никого знакомого. Артур с трудом пробрался поближе, чтобы узнать свои баллы, и облегченно вздохнул — восемьдесят шесть, за физику-то, в которой он разбирался примерно на том же уровне, что и в готовке. Если бы Ал не помог ему… улыбнувшись, Артур достал смартфон, набрал короткое сообщение и отправил его Джонсу.
Он ожидал, что ответ придет хотя бы к обеду, но, когда к четырем вечера Альфред никак не дал о себе знать, Артур забеспокоился. Они вчера оба вымокли и замерзли, что, если Ал слег с простудой?
Керкленд, недолго думая, поднялся к нему в блок. Если этот дурак умудрился заболеть посреди лета, ему наверняка понадобится его помощь. Постучавшись, и услышав приглашение войти, он заглянул в комнату.
— Мэттью, — Артур кивнул в знак приветствия. — А Альфред?.. — он оборвал себя на полуслове.
На половине Альфреда было слишком — слишком — чисто. Ни ноутбука в окружении немытых кружек и баночек из-под газировки на столе, ни горы одежды, наваленной на спинку несчастного стула. Даже его кровать была аккуратно заправлена.
Альфреда не было в «Кагами» — вот что это значило.
— Он уехал, — смутившись, подтвердил Мэтт. — Собрал вещи с утра пораньше — и убежал, даже результатов по истории не дождался.
— Вот как, — Артуру стоило больших усилий не показать, как сильно его потрясла эта новость. — Спасибо, — он вежливо улыбнулся Мэттью и вышел из блока.
От обиды было больно дышать.
Альфред уехал, не посчитав нужным сказать ему хоть пару слов. Хотя бы написать, что с ним все в порядке!
После всего, что вчера произошло между ними. После всех слов, которые он ему сказал. После всех обещаний, которые дал. После всего. Он просто. Уехал.
========== Действие одиннадцатое. Явление VIII. Иллюзия забвения ==========
Явление VIII
Иллюзия забвения
Андресс не хотел просыпаться. Во сне было тепло и мягко, словно какой-то уютный гигант убаюкивал его в своих объятиях. Не осталось никаких забот и волнений, а все беды и ошибки как будто стерлись в бесконечном покое — больше не нужно ни о чем думать, не нужно ни о чем беспокоиться. Теперь он в безопасности. Он дома.
Вздохнув, Андресс открыл глаза. В комнате царил приятный полумрак — плотные шторы не пропускали дневной свет, — поэтому определить, который сейчас час, не представлялось возможным. Но солнце уже успело прогреть воздух — даже сквозь шторы, — а значит утро вместе с нелепым семейным завтраком в тишине давно прошло. Андресс перевернулся на другой бок, носом уткнувшись в подушку, и закрыл глаза. Каникулы, помимо остальных очевидных преимуществ, были хороши еще и тем, что ему вообще не требовалось следить за временем.
Подушка пахла домом: каким-то кондиционером для белья — то ли альпийская свежесть, то ли морской бриз, мамой — духами и неповторимым запахом ее тела, — она наверняка сама заправляла белье перед их приездом. А еще, по какой-то необъяснимой причине, — братом. Андресс зажмурился, глубже вдыхая знакомый аромат. От мыслей о Халлдоре в последнее время становилось совсем невыносимо.