– А как ты думаешь?
– У меня, по-твоему, есть на нее досье? – рычу я. – Мне никто не принес досье семьи Кэтчес, чтоб знать о ней все.
– Сперва долги отца, банки еще ладно, можно было разбить на мелкие платежи и на много лет, но ребята, которым задолжал Рид… – вздыхает Глен. – Не знаю, как Хоуп до сих пор не вздрагивает по ночам от любого шороха. Если в детстве для меня героем был ее отец, теперь для меня герой – Хоуп.
– Они все выплатили?
– Да. И банкам, и тем ублюдкам. И жизнь наладилась, но травма Хоуп… Челси пришлось снова влезть в кредиты, страховка покрыла лишь малую часть для реабилитации. Следом бабушка. Они даже продали дом, и этого не хватило. Очередная долговая яма. Челси до сих пор выплачивает за неоправданное лечение.
– Вот же дерьмо, – ругаюсь я.
– Еще какое, – произносит Глен. – В любом случае, они справятся, как и всегда, увы, без чьей-то помощи. Хоуп не умеет принимать от кого-то помощь. Поэтому ее жизнь и так дерьмовая, и не надо в нее добавлять еще больше дерьма.
– Я не собираюсь добавлять дерьма, – рычу я.
– Надеюсь.
Мы замолкаем, и когда становится ясно – разговор исчерпан, принимаемся мыться.
__________________
сноски:
[1] Саб-Зиро – персонаж игры «Мортал Комбат».
[2] Посттравматическое стрессовое расстройство
[3] Миотоническая коза, иначе известная как обморочная коза – разновидность домашней козы, имеющая особенность «падать в обморок» при испуге.
Глава 10
Глава 10
Хоуп Кэтчес
С каждым разом приходить на трибуны становится сложнее. И возможно, уже стоит положить конец этой традиции. Глен более-менее влился в тренировки и коллектив и не нуждается в поддержке. С другой стороны – нарушь я свои традиции, докажу всем на поле свою слабость к Ченсу.
– Кошка!
Я вздрагиваю, стоит Роялу подойти ко мне со спины и прошептать мой «позывной».
– Ты когда-нибудь оставишь меня в покое?
– Ага.
– Когда?
– Один поцелуй и узнаешь, – отвечает Ченс.
– Нет!
– Тогда никогда, – улыбается он, – тем лучше.
– Для кого?
– Для меня точно. – Подмигивает Роял. – Но, если поцелуешь, то, возможно, я сделаю послабление, и даже отстану, хотя… – задумывается он, – не факт. Мне нравится над тобой издеваться, ты так мило на это реагируешь.
Я закатываю глаза.
– В следующий раз буду вести себя, как препарированная на столе лягушка.
– М-м-м, ты на столе, с раздвинутыми ногами, – томно протягивает Ченс. – Хоуп, какие у тебя грешные фантазии. Мне нравятся.
– Вообще-то, придурок, если ты не в курсе, то посмотри в словаре значение слова «препарированный». Если что, на букву «П».
– Ты такая язва.
– А ты придурок, вот и поговорили. – Я перехожу на другую сторону коридора.
– Кошка, – шепчет мне над ухом Ченс, – мы не договорили.
– Поговорили! Роял! По! ПО-говорили. Через «ПО».
– Хорошо, мы не допоговорили.
– Господи, ну отстань ты уже от меня! Пожалуйста!
– Один поцелуй, кошка. – Ченс нависает надо мной.
– Я не хочу, чтоб ты сожрал половину моего лица.
– Обещаю, не буду его жрать, только прикушу, – издевается придурок.
– Я не хочу захлебнуться в слюне.
– Если что, сделаю искусственное дыхание.
– Чтоб наверняка убить? Да?
Ченс смеется низким гортанным смехом, и я улыбаюсь. Когда я увидела Рояла, по-настоящему увидела, для меня он открылся с разных сторон. Веселый парень, которому потрясающе идет улыбка. Сосредоточенный на игре, погруженный в свои мысли. Умеющий сострадать. Быть чертовски агрессивным и способным даже убить, если речь идет о его семье. Мне нравятся все его грани. Каждая в своем роде по отдельности и вкупе.
Ченс ничего не отвечает. Отходит к противоположной стене и скрещивает руки на груди.
– Ну что? Чего ты пялишься? – недовольно выкрикиваю я.
– Знаешь, это даже забавно.
– Что?
– Твоя заносчивость. Она мне нравится.
– Это ход от обратного? Реверсивная психология[1]?
– Я даже не знаю, что это, – произносит Ченс, отталкиваясь от стены, и подходит ко мне слишком близко, позволяя ощутить тепло его тела. – Я же тупой квотербек.
– У тебя довольно неплохой балл, и ты врешь, – произношу я.
– Ставят за красивые глаза.
– Не такие они и красивые, – бубню я.
– А у тебя да. И губы.
Я сжимаю их в узкую полоску.
– Ченс, у тебя есть Шерон, у нее есть губы. Иди к ней, – вздыхаю я, устав бороться. Это сложно делать, когда внезапно желанный объект оказывается слишком близко, и ваши биополя входят друг в друга, переплетаясь между собой, ускоряя ход молекул воздуха, образую вокруг статическое напряжении. – На следующей неделе верну твою тысячу баксов, – бью его по больному. Каждый раз, стоит мне заговорить о деньгах, Ченс меняется в настроении. Это помогает оттолкнуть его, создавая между нами былую пропасть. Хватает этого, увы, ненадолго.