- Брось ребенка, орет невыносимо. Кажется, она спятила напоследок. Мы так ничего и не узнали. Достанется нам - второй бандит был не менее растерян и расстроен.
- Кто это Томаш?
- Без понятия. Надо убираться. Шума и так много наделали.
- Зря только полезли.
- Кто ж знал-то… что так оно выйдет… - бандиты скрылись за дверью операционной, предварительно сунув в руки ревущей медсестры орущего во все горло младенца.
Глава 9.
Она приходила в себя, словно выныривая из глубины. В голове была тяжесть и раздражающий звон. Она начала постепенно осознавать свое тело, словно вода, медленно заполняющая пустой сосуд. Тело было тяжелым и неподвижным. Одна ее рука была в чем-то мягком и мокром. Звон в голове превратился в назойливый плачь младенца. Она шевельнулась.
- Мирра? – раздался мужской голос.
- Кто? – хрипло отозвалась женщина.
- Мирра ты жива?
- Я что конфужена? Ног не чувствую. Какого черта тут происходит? Кто так орет? Габриэль? Что ты тут делаешь? Да отпусти же мою руку, что ты в меня вцепился? Уберите от сюда ребенка! Голова раскалывается от его крика!
- Это твой ребенок, Марика – сдавленно произнес Габриэль.
- Что за глупость? Я не беременна.
- Была – продолжал настаивать мужчина, из чьих глаз катились слезы.
- Еще скажи, что он от тебя! – раздраженно бросила женщина, не понимающая в чем дело.
- Ты очень проницательна.
- Что за ерунду ты несешь?
- Теперь тебе придется научиться любить… - и Габриэль вложил в руки оторопевшей Марики младенца, который тут же успокоился и загугукал улыбаясь матери.
Вошел врач.
- Как? – изумленно выдохнул он, - роженица же умерла…
- Это чудо, - тихо ответил Габриэль и вышел из палаты.
Два года спустя.
На засекреченный телефон Габриэля пришла смс с неопределившегося номера:
«Надо встретиться, Марика»
Летнее кафе, август, залитая солнцем площадь, дети бегают, гоняя назойливых голубей. Как всегда строгая и изящная Марика сидит за столиком, выражение ее лица серьезное, но все же во взгляде появилась теплота, особенно это заметно, когда она наблюдает за двухлетней медноволосой девчушкой, вертящейся рядом. Габриэль подсел к женщине.
- Тогда я подумала, что сошла сума, что у меня амнезия или раздвоение личности – без всякого приветствия заговорила Марика - Больница, младенец, врачи, пристающие с расспросами, бесконечные анализы, все вокруг твердили, что у меня была клиническая смерть, потом приходили полицейские, расспрашивали про каких-то людей, которые ворвались в операционную. Я не знала ответа буквально ни на один вопрос. А ты, сказав, что это мой ребенок, просто исчез.
- Я поступил не правильно – виновато опустил голову Габриэль, - но я потерял любимую женщину и просто не мог видеть тебя.
- Я стала понимать что к чему, когда нашла ее личный дневник. Ты знал, что она вела дневник?
- Нет,- удивленно ответил мужчина.
- При выписке из больницы, мне отдали ее вещи и сумку, в ней лежал дневник. Прочитав его, я наконец поняла, что случилось. Сначала, я была в ярости. Я хотела вернуть себе свою жизнь и свою работу. Это всегда было единственным, что для меня важно. Я не хотела этого ребенка. Плода чужой, чуждой мне любви. Я злилась, что вы воспользовались моим телом, она не имела никакого права рожать с помощью меня ребенка! А младенцы постоянно кричат, требуют еды, смены подгузников, и внимания. Словно маленькая заводная сирена, вечно что-то требующая от меня. И все это в один момент свалилось мне на голову! Тогда, я с удивлением поняла, что быть матерью куда сложнее, чем быть спец агентом, - последовала пауза, девчушка забралась на руки к своей матери, - Ну а после, я стала завидовать вашей любви. Я догадалась, что та другая, вела дневник для меня. Она рассказывала о своей любви к тебе, о любви к ребенку, который только развивался в ней, и о своей другой жизни и болезни. И постепенно, очень постепенно, я поняла ее и простила. Наконец, приняла и младенца. Ребенок – всё, что осталось мне от вашей любви, и теперь, он был мой и любил только меня. Я его единственная мать, и мы всё, что есть друг у друга в этом мире. Хочешь, познакомиться с ней?
- Да, очень хочу, - голос Габриэля прозвучал очень сдавленно.
- Мирра, скажи дяде «Привет» – ласково обратилась мать к малышке.
Габриэль не выдержал, и из его глаз хлынули слезы. Он подошел к женщине с ребенком, опустился на колени, и прижал к себе золотоволосую девочку. Малышка нисколько не испугалась, наоборот обхватила мужчину своими маленькими ручками и заулыбалась.