«Задушевный» разговор, когда принц и виолка обменялись историями жизни, не только примирил, но и сблизил двух недавних антагонистов. Поразмыслив на досуге, Элиот простила вельху жестокость испытания, и восприняла всё произошедшее, как хороший урок. «Ранит не слово «меч», а закалённый клинок», – гласит виольская пословица. Без долгих объяснений принц показал, что «бессмертный» понятие относительное, и она такая же уязвимая, как и обычный человек. Нужно только знать способы воздействия.
Потому, когда Санхар, спустя какое-то время, пригласил Элиот на службу, она, без колебаний, согласилась. Не смутило даже то, что он потребовал клятву верности.
– Все служащие приносят мне клятвы. Так я уверен в их преданности. Ведь клятвопреступник презираем людьми и неугоден богам… Я никого ни к чему не принуждаю. Но если дал клятву – будь ей верен. Таков мой принцип.
Элиот опустилась на колено, склонила голову и подняла меч на вытянутых руках.
– Отдаю себя во власть твою, и обязуюсь защищать от врагов внешних и внутренних отныне и пока смерть или воля твоя не разлучат нас. Мой меч – твой меч. Моя жизнь – твоя жизнь. Клянусь именем Богини-Матери и своей честью!
– Я принимаю твою клятву, – ответил принц, двумя пальцами касаясь сначала меча, затем головы девушки. – Встань, Элиот Хайбон. Отныне, именем моим, ты не преклонишь колени ни перед кем, кроме меня, твоего господина и наставника.
Клятва верности – узы, сильнее крови, крепче рабских цепей, вернее преданности. Давший безотказно подчиняется, нарушивший губит душу, закрывая ей путь к перерождению. Смерть предпочтительней предательства, это запоминает каждая виолка с рождения.
И Элиот пошла на этот шаг осознанно и добровольно. Потому что доверилась. Она встретила идеал. Мужской идеал любой виолки. Не только идеал красоты и мужественности. Но идеал справедливости, силы, власти, жестокости, ответственности, надёжности, упорства, терпения, смелости и решительности. Не любовь толкнула её. Во всяком случае, не приземлённое чувство единения женщины и мужчины. А чарующая, притягательная сила, родственная вере, внушающая восхищение и почтение.
И вот, после долгих скитаний по волнам, по морям, «Избранник богов III» причалил к «родному берегу», одному из многих, находящихся под властью принца Санхара. Остров Осэм в Драконьем архипелаге – не самая мелкая жемчужина в его короне. Обширный, с разнообразным ландшафтом – возвышенностями в центре, плодородными равнинами, реками, лесами и пастбищами. Словом, место, где можно счастливо и безмятежно жить.
Бессмертный начал его освоение чуть больше ста лет назад. За это время в главной бухте вырос настоящий город, а на побережье и в глубинке появились несколько селений. На макушке одной из возвышенностей красовался замок, поражая взгляд необычной и причудливой архитектурой.
– Моё последнее детище, – с гордостью произнёс принц, глядя на приближающиеся берега. – Хочу назначить тебя наместником. Справишься?
– Не знаю, – честно ответила девушка. – Я никогда не управляла даже домом.
– У меня есть хороший управляющий. Ты же будешь следить, чтобы мои распоряжения выполнялись, народ не ленился, законы соблюдались, чиновники не наглели, солдаты не бунтовали. Также охранять и защищать Осэм и подчинённые острова от набегов пиратов. В твоём распоряжении будет флот из трёх судов, отряд «меченых» и военная дружина. Ну, как?
Элиот воодушевлённо кивнула. Предложение звучало заманчиво. Попробовать себя в новой роли, испытать силы. Даже если не получится, она приобретёт ценный опыт.
– Я помогу тебе влиться в общество и научу азам, пока буду стоять на отдыхе. Но когда уйду, придётся справляться самой. Не стесняйся спрашивать и не пренебрегай советом даже, казалось бы, самого никчемного человека. Алмазы рождаются в грязи. И учиться никогда не поздно.
Корабль принца Санхара простоял в порту два месяца. За это время Элиот привыкла к новому статусу, познакомилась с важными людьми, проживающими на Осэме, побывала во всех селениях, провела смотр войск и ознакомительный круиз по вассальным островам.
После отбытия патрона, она тоже не сидела, сложа руки. Вникала во все дела, строго следила за порядком и законностью. Зачастую, в качестве последней инстанции и верховного судьи, ей приходилось разрешать споры, когда цивильные судьи заходили в тупик или не могли примирить враждующих. Слово Наместника было решающим и не оспаривалось.
Чтобы не ударить в грязь лицом и выносить справедливые решения, девушка всерьёз взялась за учёбу. Обложившись талмудами, штудировала законотворчество, как дотошный ученик правоведа. Когда нужно было вникнуть в земледелие, поселилась на месяц у успешного фермера, и буквально ходила за ним по пятам. Чтобы завоевать уважение дружинников и «меченых», провела соревнования по фехтованию, в которых приняла непосредственное участие, показав своё мастерство и доказав, что она не просто очаровашка, поставленная на высокую должность за красивые глаза или иные, неприличные, заслуги, а настоящий воин и умелый боец.