С трудом подавив раздражение от странного поведения самки, я нетерпеливо приказал.
— Хватит играть. Меняйся. Нам надо уходить.
В ответ на свои слова услышал угрожающее рычание. Медведица явно собиралась атаковать меня. Это что-то новенькое. Удивленно посмотрев на зверя стоящего передо мной, я вдруг понял, что в полных боли и страха глазах смотрящих на меня, нет искры разума. Что за черт? Сглотнув вдруг ставшей вязкой слюну, я присел на корточки, чтобы не возвышаться над медведицей и не пугать ее еще больше и как можно более спокойных голосом тихо произнес.
— Ты чего, малышка? Не бойся. Я тебя не обижу. Все хорошо. Девочка моя, успокойся. Обернись и дай мне тебе помочь. Давай, хорошая моя.
Если с людьми я не всегда мог найти общий язык, то вот со зверьми у меня никогда не было проблем. И все равно к какому виду они принадлежали. Но все бывает в первый раз. И сейчас произошел именно такой случай. Желая успокоить медведицу, я протянул к ней руку, чтобы она могла меня обнюхать и понять, угрозы с моей стороны нет. Возможно, она еще и нашу парность почувствует, тогда совсем успокоиться и начнет себя адекватно вести. Вот только, вместо того чтобы успокоиться, самка бросилась вперед, опрокинув меня и цапнув за протянутую руку. Не очень сильно, но довольно неприятно. Я попытался ее схватить за шею, чтобы удержать на месте, но девчонка, увернувшись, скрылась в лесной чаще. Вот же зараза.
— Глава, что будем делать? — парни растерянно смотрели на происходящее, даже не пытаясь дотронуться до моей пары. Знали, это чревато для них. Мой зверь внутри опять разбушевался. Но я его тут же усмирил. Ему с ситуацией точно не справиться.
— Глава?
Подняв руку вверх, прося тишины, я обернулся вокруг своей оси, чтобы сориентироваться на местности и понять где мы, после чего приказал Питеру.
— Позвони Уолтеру. Расскажи ему где мы и скажи пусть немедленно летит на поляну, что на северо-западе от нас. Она как раз нужного размера чтобы спокойно можно было посадить вертолет. И да, пусть зарядит ружье транквилизаторами. Погоним самку на него. Ее отсюда надо забирать, независимо от того в каком она виде.
Мы снова бежим по лесу и даже за той же самой самкой, вот только все изменилось. Больше нет азарта охоты. Адреналин если и гонит кровь по венам, то уже от беспокойства, а не от возбуждения. Да что там, несмотря на пьянящий запах исходящий от самки, как таковой, самого возбуждения больше нет.
— Георг, заходи слева, пугани ее немного, она не в ту сторону бежит.
Медведица бежала не разбирая дороги. Ломая по пути кустарник и малые деревца, оставляя клочья своего меха на сломанных ветках и коре деревьев. Вперед ее гнал непонятный страх. Даже на расстоянии нескольких метров, я видел, как по ее телу пробегали судороги. Слышал тяжелое прерывистое дыхание. А еще чувствовал запах крови, оставленный ее израненными лапами. Да что же это происходит?
Нам приходилось контролировать направление ее движения, постоянно корректируя его, и гоня самку как дикого зверя, в нужную нам сторону. Там, где нас должен ждать Уолтер. Я бы прекратил погоню и отступил, только чтобы самка успокоилась. Но проблема в том, что это ей сейчас не поможет. Она будет еще долго бежать, пока силы ее полностью не оставят. А это неизвестно к чему может привести. Рисковать медведицей я не собирался, даже если бы она не была моей парой.
Наконец-то мы добрались до поляны. Не тормозя и не сбавляя скорости, самка выскочила на открытое пространство. Прямо перед ней оказался вертолет. Резко развернувшись, она хотела его обежать, но раздался один выстрел, потом второй. На самом деле это были тихие хлопки. Ведь привлекать внимание посторонних к происходящему здесь, никто не собирался. Но для моего уха, они прозвучали как гром среди ясного неба.
По-хорошему, полученной дозы вполне должно было хватить, чтобы сделав несколько шагов, медведица начала замедляться, а еще шагов через десять она должна была совсем остановиться и заснуть на ближайшие часа два. Вот только самка продолжала бежать все в том же темпе. Скорее всего, ее перевозбужденное состояние блокирует действие снотворного. Рано или поздно она, конечно же, заснет, вопрос только в том, где именно. Да еще и непонятно, как потом ее тушу донести до вертолета. Носилок-то у нас нет.
Пробегая мимо Уолтера, я выхватил у него ружье, которое он как раз успел перезарядить и, ускорившись, стал сокращать расстояние между мной и самкой. Вскоре раздалось еще два выстрела. Если и эта доза не подействует, я даже не знаю что тогда делать. Еще одна порция может оказаться для медведицы смертельной. Она, вроде как, девочка у меня не маленькая, на первый взгляд, никак не меньше двухсот кило, но рисковать ею превышая возможную дозу снотворного в три раза, не буду. И к моей немалой радости этого и не понадобилось. Самка пробежала еще метров сто, когда вдруг резко остановившись, пошатнулась несколько раз, после чего завалилась набок.