Возможные варианты решения проблемы всплывали в голове натренированного в Академии пилота один за другим и тут же отвергались им, как не пригодные в конкретной ситуации. Ни одна виртуальная симуляция, и никакая учебная площадка с настоящим, но контролируемым пламенем, не могла сравниться с суровой действительностью: живым жадным огнем, ядовитым дымом, раскаленной палубой и стремительно выгорающим кислородом. У Единых с Природой были с огнем особые отношения….
Дайлети непозволительно долго размышлял, как поступить: продемонстрировать Дар и сдохнуть потом? Или ничего не делать и изжариться сейчас? Нужно было двигаться, а он все стоял и смотрел на мечущееся в запертом отсеке пламя, словно завороженный, хотя прекрасно понимал, что шансы на спасение таят с каждой секундой промедления. Если бы кто-нибудь когда-нибудь удосужился у Кирима спросить, как он хочет умереть, то он бы признался, что его вполне устроит честный выстрел из бластера в лоб с близкого расстояния. Быстро и чистенько. Не надо придумывать ничего особенного, вроде холода, жара, яда или еще какой-нибудь медленной и болезненной ерунды.
«Шевелись! - мысленно приказал он себе. - Дар подчиняется тебе практически в полном объеме!» Но сдвинуться с места он сумел лишь после того, как буквально у него над головой с шипением открылась мембрана, выплевывая на палубу еще одного бойца. Тот ловко приземлился, бросил быстрый взгляд по сторонам, рванул, едва не сбив Кирима с ног, к ближайшему шлюзу, убедился, что тот ни при каких условиях не откроется, и понесся к противоположному, на бегу закрывая лицо локтем и вопя:
- Что встал, как вкопанный? Беги за мной!
Кирим сморгнул, сбрасывая оцепенение, и последовал дельному совету. Несмотря на закрытое рукой лицо, жар опалил незащищенную кожу моментально, продемонстрировав пилоту, что проведенные два дня на солнцепеке - просто цветочки по сравнению с языками пламени, лижущими тело. Он провалился в Слияние и закрыл глаза, подивившись, что не догадался сделать этого ранее, и тут же успокоил себя тем, что правильно не сделал: огонь был самым настоящим, а виртуальными - только декорации. Прямо ему под ноги рухнул кусок обшивки, и он чуть не растянулся на практически раскаленном полу. К его удивлению, упасть ему не дал чужой боец, вовремя подхватив под руку.
- Глаза разуй! - рявкнул на него соперник, пропихивая вперед себя в узкий промежуток между двумя столбами беснующегося пламени. Проскочив следом, он едва увернулся от куска металла, рухнувшего сверху.
Они резко затормозили перед противоположным выходом, с двух сторон бросились осматривать дверь, и синхронно переглянулись, когда обнаружили, что и с этой стороны возможность ее открыть не предусмотрена.
- Спорю на оставшийся живой глаз, что люки не откроются, пока горит огонь! - проорал мужчина Кириму.
- Здесь нет системы пожаротушения! - ответил ему Дайлети. - Только голые стены с обычной для космической станции начинкой!
Собственно, она и горела в первую очередь, потому что сам металлопластик обшивки как раз и использовался в кораблестроении и для космических станций именно потому, что не горюч. Но вот все остальное, что запихивают в переборки: начиная от термоизоляции и заканчивая проводкой, не было столь устойчиво к высоким температурам.
— Значит, мы должны найти и перекрыть подачу кислорода в отсек! - заключил боец. На щитке шлема высвечивалась короткая информация о нем: имя хозяина и дата покупки. Немолодой уже мужчина принадлежал Лорду Ираву.
- Его отсутствие убьет нас раньше, чем огонь стихнет! - возразил ему Кирим. Говорить и пытаться воздействовать на потоки воздуха, находясь в Слиянии, да еще так, чтобы это было незаметно со стороны, было невероятно сложно. Но иначе пламя доберется и до этого выхода, поджарив двух замешкавшихся на пороге людей.
- Тогда надо проделать дыру в обшивке! - настаивал на своем боец Лорда Ирава.
Определенный резон в его словах был. Правда, чем вскрыть металлопластик, Суон не представлял. Его мечи справятся разве что с внутренним слоем.
Дайлети шагнул к мембране. Если выбирать между смертью в огне и неприятностями, что грозили ему, если он обнаружит перед Лордами свой Дар, Кирим все же предпочитал второе. Но, едва прикоснувшись к металлу створок, он отдернул пальцы: металл был слишком горячим, чтобы надолго прижать к нему руку, ища возможность заставить дверь открыться.
Боец Ирава скользнул взглядом по всему помещению, потом по своему сопернику, временно превратившемуся в союзника, потом снова по пламени, которое по всем законам должно было распространяться дальше, но почему-то этого не делало. А потом необычайно ловко для своего возраста взобрался до половины внешней стены, перепрыгнул оттуда на еле заметный глазу уступ внутренней и, уже практически падая, ухватился за потолочные скобы. В его свободной руке блеснул в отсветах пламени металл, он несколько раз ударил по кожуху, закрывающему энергетические кабели, и в отсеке погасло аварийное освещение, замолкла врезающаяся в уши сирена и… вырубились камеры, следящие за бойцами. А значит, остались только нашлемные.