Но Мэйдин ее похвалил:
- Прекрасно! – и повернулся к Кириму: - В городе тебя должны захотеть все без исключения! Даже те, у кого на мальчиков не стоит!
Суон стиснул кулаки.
- Ни у кого не возникнет ни малейших сомнений относительно твоей роли, мой сладкий!
Лорд погладил Кирима, которого уже буквально потряхивало от злости и унижения, по щеке.
- А теперь последние штрихи!
Он выудил из шкатулки, скромно примостившейся на столике, магнитную клипсу с длинным темно-зеленым кристаллом и прикрепил ее рабу на мочку левого уха. Там же обнаружилась и маска на половину лица: цвет фона не отличался от оттенка кожи Дайлети, а по контуру и вокруг прорези для глаза вился черный узор. Внутренний слой прилип к лицу Суона так крепко, что он засомневался, что маску удастся оторвать потом без печальных последствий.
- Сойдет, - буркнул Мэйдин, оценив результат. Проклятый шрам, наконец, больше не бросался в глаза и не вызывал неприятных воспоминаний. Лорд вышел на минутку в смежную комнату и вернулся с серебристым ошейником в руках, от которого тянулась длинная тонкая цепочка.
Дайлети отступил на шаг и уперся спиной в зеркало.
- Не упрямься, мальчик! – почти ласково попросил его Мэйдин. – Ты отлично справишься с ролью моего «домашнего любимца»! У тебя крепкие нервы и ярко-выраженный актерский талант! В городе будешь изображать кроткое и послушное существо. И только попробуй на глазах других Лордов оказать мне неповиновение! – тон Мэйдина моментально изменился. Он шагнул к рабу, приготовившись, если понадобится, силой добиться послушания. – Боли ты не боишься, я знаю! Но я тебе обещаю, что в таком случае соберу у крыльца всех обитателей имения до единого, привяжу тебя к перилам и отхожу нейрохлыстом по голой заднице, а потом там же, на глазах у всех, трахну! Это ты за помнишь надолго и в следующий раз поостережешься мне перечить. Или мне поставить к столбу Джирана: за то, что не научил тебя правильно себя вести!?
Кирим откинул голову назад и отвел рукой косички, покорно позволяя Лорду застегнуть ошейник.
Флайер подлетал к городу, когда Мэйдин приказал:
- Сядь здесь, у меня в ногах! Голову положи мне на колени.
Кирим нехотя подчинился. Ему на шею легла тяжелая рука, пальцы Мэйдина стали играть с клипсой на ухе Суона, потом переместились на шею – туда, где у каждого Дайлети находился Знак. Прикасаться к нему Единые с Природой позволяли только самым близким людям. Это было все равно, что потрогать саму душу Единого с Природой.
«Это просто очередное задание, - уговаривал себя Кирим, закрывая глаза. – Такое же, как с полковником Ло. Надо просто стерпеть все это. Сыграть роль». Учитывая, что в предыдущем раунде «игры» победил Лорд, проиграть и в этот раз Суону не хотелось совершенно.
Мэйдин наклонился и повернул голову раба, взяв того за подбородок и заставив почти болезненно выгнуться.
- Поцелуете – меня стошнит, - проговорил Дайлети, «ласково» улыбаясь хозяину.
- Угрожаешь мне? – с ответной улыбкой на губах поинтересовался Лорд.
- Просто предупреждаю, Лорд Мэйдин. Чтобы Вы не попали в неловкую ситуацию. Вряд ли другие хозяева Сидаруса поймут, если Вашего «домашнего любимца» будет от Вас выворачивать наизнанку!
Нейрохлыст ткнулся ему во внутреннюю сторону бедра и пополз выше.
- Не наглей, мой сладкий! – Все так же с улыбкой проговорил Лорд.
Дальше было хуже. Сначала Мэйдин притащил Кирима в Цитадель, где долго занимался своими делами, переходя из кабинета в кабинет, разговаривая с другими Лордами и просматривая отчеты с наладонника. А потом он повел «любимца» по магазинам, заставив перемерить кучу одежды. Затем последовал ювелирный салон.
Везде их окружали восхищенные охи и вздохи.
- Какой хорошенький! – умилялись Леди. – Можно погладить?
- Как такого могли продать на рудник? – удивлялись Лорды.
Дайлети старательно смотрел в пол, пытаясь не стискивать зубы и не скалиться, когда его ощупывали и вертели во все стороны, нещадно дергая за цепочку ошейника. Мэйдин не сводил со своего раба внимательных серых глаз и не упускал возможности прижать его к себе, погладить, а то и шлепнуть по заднице, если видел, что Суон вот-вот сорвется, не выдержав издевательств.
Потом они пришли в ресторан. Мэйдин выбрал самый дальний столик и вальяжно расселся на маленьком диванчике. Кириму он пальцем указал на скамеечку у себя в ногах. Принесли еду. Хотя Дайлети не ел ничего со времени завтрака перед тренировкой, а сейчас время близилось к ночи, его замутило от одного только запаха и вида пищи. И он попытался отвернуться, когда Мэйдин пихнул ему в рот сочный кусочек мяса из своей тарелки.