«Видишь, - шелестел голос у Кирима в голове. – Это только крохотная часть той мощи, что мы обрушим на твой мир. Вся твоя Вселенная рухнет под нашим натиском. Но тебе и твоим близким необязательно умирать вместе со всеми. Мы можем договориться. Хочешь свои Семь Миров, чтобы править там в свое удовольствие? Мы оставим их тебе в подарок за помощь».
Сначала кровь пошла у Дайлети носом – к этому Говорун за время работы с ним, в общем-то, привык. Но когда тонкие алые струйки поползли из ушей, а после алые капли показались из уголков зажмуренных глаз, даже у привычного ко всему разведчика зашевелились волосы на голове. Что бы с Дайлети не происходило, это уже выходило за рамки перерасхода Дара.
- Кир, что с тобой? – потряс товарища за плечо Аким. – Очнись, Кир! Ну!
Звук пощечины еще звенел в рубке, а Говорун уже лежал, вжатый лицом в холодный пол.
- Вам не стоило этого делать, - спокойно, но весомо проговорил Рохос, завернувший разведчику обе руки за спину и давивший коленом ему на поясницу. – У нас приказ: защищать капитана Суона. От любой угрозы. Любой ценой. Приоритет Вашей жизни в нашей программе довольно низок.
- Я… понял… отпустите, - промямлил Сат, глубоко уязвленный тем, что его, разведчика с более чем тридцатилетним опытом работы сделала какая-то железяка, неспособная к творческому мышлению. И еще больше обеспокоенный из-за происходившего с другом.
Рохосы меж тем не теряли времени даром, и уже уложили потерявшего сознание Суона на трансформированное кресло. Один из роботов расстегивал на нем пластины скафандра, другой перебирал встроенные в предплечье инъекторы, выбирая подходящий. Третий водил над телом ладонями, сканируя внутренние повреждения, если таковые имелись. Четвертый вытирал кровь с лица и шеи Дайлети. Впрочем, укола не потребовалось – Кирим очнулся раньше и нетерпеливым жестом отогнал от себя заботливые машины.
- Я в порядке!
Он легко поднялся и дотронулся до щеки, на которой, несмотря на ускоренную регенерацию, все еще алел след от ладони.
- Спасибо, капитан. Очень действенное средство.
И он не шутил ни капельки. Рука у его бывшего командира была тяжелая – хорошо, что не по уху заехал. Зато контакт с Ангелом прервался моментально, хотя до этого Кирим даже закрыться вовремя не сумел.
- Что это было, Кир? – навис над ним бывший командир.
- Я плохо переношу близкое присутствие Ангелов, - пояснил Кирим.
Какое-то время Сат смотрел на него, не мигая, словно хотел удостовериться, что товарищ не шутит.
- Они тоже здесь? – слова не желали покидать пересохшего горла, царапали его, причиняя физическую боль.
- Почти. Они в своем измерении.
- Ты Их чувствуешь?
Кирим кивнул.
- И Они меня тоже. Вы зря настаивали на моем участии в операции, командир!
Говоруну стало очень холодно. Прямо в скафандре с функцией поддержания комфортной для тела температуры. И дышать стало тяжело.
- Так спрячь нас, Ветерок! – зашипел он на разведчика союзного государства. – Размой след!
- От сканеров нас защищают технологии Семи Миров. А Дар мне применять не стоит – это может плохо закончиться. Для всех.
- И ты мне это только сейчас говоришь? – Говорун навис над товарищем, с трудом сдерживая желание как следует потрясти того за плечи.
- Вам ведь Принц все про меня по полочкам разложил! - словно не замечая накалившейся обстановки, спокойно и холодно напомнил бывшему командиру Дайлети. - Какие еще могут быть вопросы?!
- Дар не стабилен и его нахрен нет – это две большие разницы, капитан Суон!
Кирим отвык от манеры Сата шипеть, не разжимая зубов, а не орать, когда тот ругался. И опешил от такого натиска. Командир вообще редко с ним так разговаривал. И вообще с кем-нибудь из отряда. С чужими – да, с начальством – как нефиг делать. Видимо, Ветерок для него быть своим перестал….
- А все ли Вы мне о себе рассказали, полковник Сат? – интонацией выделил звание Кирим. - Или как там таких, как Вы, называют? «Белый лист», кажется? Неограниченные права и оправдание любых действий, априори направленных на благо Содружества?
Говорун подавился набранным в грудь для очередной гневной тирады воздухом.
- И давно ты в курсе? – почти спокойно поинтересовался он у своего боевого товарища, не зная, то ли гордиться учеником, то ли тянуться за бластером, чтобы устранить чужого агента, на свою беду слишком много знавшего.
- С тех пор, как Вы сообщили Принцу о материалах. У простого агента даже в звании капитана не могло быть полномочий делиться подобными сведениями!
- Да не обо мне! – отмахнулся Говорун, выдохнув. – Вообще о существовании «Белых листов»!