Тонкие прохладные пальцы коснулись его висков и волос. Потом Росана шагнула ближе, провела пальцами по искалеченной щеке и крепок обняла.
- Мне перестал сниться Дан, когда во Дворце появился ты, - прошептала Королева, перебирая смоляные пряди. – Не пугай нас так больше, пожалуйста. Ты – все, что у нас с Ривраном есть. Даже если он тебе этого никогда не скажет…
Когда Королева все же ушла, убедившись, что наследник внял ее советам, Кирим прошел мимо своих апартаментов, поднялся по узкой лестнице и приложил обе ладони к сенсорам, чтобы распахнуть дверь на плоскую часть крыши Дворца. Он вытянулся на прохладных плитах, заложив руки за голову, и уставился на звезды. В этой части Вселенной он мог назвать практически каждую, у которой было имя, данное ей людьми или Едиными с Природой, нашедшими там приют после Исхода. Почему-то сейчас на ум приходили самые первые Ульи-ковчеги, что унесли невольных колонистов с Земли к чужим галактикам. Люди надеялись обрести среди звезд новый дом, но принесли с собой, как водится, хаос и разрушения. Планет, пригодных для жизни, оказалось недостаточно для всех даже в необъятной Вселенной. И люди снова начали войну. Друг с другом. И с Дайлети.
Сможет ли неожиданная угроза со стороны сплотить их всех? Или даже Ангелов окажется недостаточно, чтобы человечество осознало себя одним народом, которому делить, по сути, нечего?
Ангел пообещал Кириму, что придет еще раз. И опять спросит. Позовет с собой. Куда? Чего Они ждут? Неужели надеются, что Дайлети выберет Их сторону?
Если так, то момент был упущен. Если бы один из Них пришел тогда… и предложил…
Кирим сглотнул слюну, ставшую вдруг горькой. Над жизнью и смертью даже у Них не было власти.
Глава 3
Суон стоял под тугими струями душа, падавшими с потолка ванной подобно теплому тропическому дождю. Последняя неделя была очень тяжелой – подданные словно сговорились и решили спросить с Его Высочества долги за все время его вынужденного отсутствия, и порой Кирим засыпал по вечерам прежде, чем его голова касалась подушки. Сны ему, разумеется, никакие не снились. Он как будто падал в глубокий темный омут, вынырнуть из которого с каждым разом становилось все сложнее. Прежде, до Сидаруса, он всегда легко просыпался, стоило одному из Рохосов войти в спальню. Теперь же телохранителям приходилось произносить ритуальное «Ваше Высочество», а то и легонько встряхивать Принца за плечо.
Конечно же, они доложили о переменах всем заинтересованным лицам, включая Нимерис. И та предположила, что виной всему - Метаморфоза, ослаблявшая физическую оболочку. И посоветовала – кто бы мог подумать – больше спать.
Кирим жестом выключил воду, провел руками по волосам, убирая с них лишнюю влагу, прошел через арку сушилки и направился прямиком в постель. Уже практически засыпая, он краем глаза заметил огонек непрочитанного сообщения на наладоннике. Первым его порывом было перевернуться на другой бок, чтобы сигнал не мешал. Потом он сообразил, что на этот коммуникатор никто посторонний писать не мог, и протянул к нему руку, активируя голографический экран.
«Ты срочно нужен мне и детям!» - гласило короткое сообщение от Миты Кан. Кирим подскочил в постели – сна больше не было ни в одном глазу.
- Что случилось? - Кирим связался с доктором Кан прямо из комнаты, изменив в настройках естественный фон на безличную серую стену.
Мита не выглядела разбуженной и поднятой с постели. Она, определенно, еще не ложилась.
- Пока ничего, - в своей обычной манере отозвалась женщина. - Но, если так будет продолжаться и дальше, твои люди сделают детей заиками!
- Что?
- Лита и Лутас постоянно рассказывают об одних и тех же мужчинах, которых встречают в разных местах. У школы, в бассейне, в парке на прогулке. Я ничего такого не замечаю, но это ни о чем не говорит…. Кирим, послушай, ты не мог бы…
- Собирайтесь, доктор Кан! - перебил ее Суон. - И будите двойняшек. Я буду у вас через полчаса!
Дело было в том, что он не приставлял к ним никакой охраны. Не посчитал нужным на Мирралине. И решил, что Мите и детям излишнее внимание только навредит. Что они заслужили обычную, спокойную и размеренную жизнь, ни капли не похожую на их прежнюю. И не навещал их, чтобы доктора Кан не связали с тем самым Дайлети-со-шрамом, слухи о котором беженцы с Сидаруса разнесли по всем обитаемым мирам.
И это грозило стать очередной его ошибкой, расплачиваться за которую придется не ему….
Кирим быстро оделся, бегом спустился в ангар, на ходу отмахнувшись от вездесущих Рохосов, и легко оседлал юркий скутер, который охотно принял ключ-кристалл и отпечаток ладони капитана Суона. По возвращении на Мирралин Росана и Ривран как-то спросили его осторожно, не хочет ли Дайлети вернуть себе прежнее имя. Но он отказался. Имя Кира Кай-эли Асаи было не подходящим для его нынешней жизни. И могло привлечь к себе излишнее внимание. А для изгнанника сойдет и вымышленное.