Эту песню однажды на балу исполняла Дейрдре. И девушку Дайлети тоже раньше встречал. Только она была гораздо моложе.
«Лилан Алари», - вспомнил он ее имя. А заодно и все остальное.
Ночь Выбора. Отвар. И тело, над которым бились Тэор, Нимерис и Рохосы, пытаясь вернуть его к жизни.
Нимерис вскрикнула, привлекая внимание Тэора, и тот успел увидеть, как очертания тела Принца Семи Миров поплыли, словно в дымке Изменения. Еще мгновение - и оно исчезло, растворившись в пространстве, и оставив Рохосов раз за разом обращаться к своим базам данных и не находить объяснения тому, что случилось.
- Вот и все, - тихо проговорила Нимерис, опускаясь на ковер. – Мы его убили!
- А вот и нет! - горячо возразил ей Тэор. Он решительно шагнул к постели, отодвинув плечом ближайшего Рохоса, и провел над ней рукой.
- Кир слишком молод, чтобы после смерти его тело распалось на изначальные элементы. При всей силе его Дара…. Это что-то другое, Ним. Это… Переход! - осенило его. Теперь, немного успокоившись и сосредоточившись, он ясно и отчетливо ощущал След.
- Но куда? - к нему присоединилась Смотрительница. Они объединили усилия, чтобы определить если не конечную точку, то хотя бы направление.
- Вильм! - сказали они одновременно, выныривая из транса. И бросились вон из комнаты, едва не столкнувшись в дверях лбами.
В принципе, реакция девушки на появление в ее спальне постороннего мужчины, да еще и в таком виде, была естественной и оправданной. Она завизжала и отточенным движением замахнулась на Кирима гребешком, оказавшимся страшным оружием – зубцы оставили на вскинутой к лицу ладони рваные царапины. Уже в следующую секунду гребень был отброшен, а девушка спряталась в постели под одеялом, натянув его до самого подбородка. Она смотрела на нежданного визитера огромными темными глазищами, не делая больше попыток закричать или убежать. И в этом крылась вся разница между Семью Мирами и остальной Вселенной. Голый мужчина, очертания тела которого мерцали и плыли - повод для испуга, но не паники. Сильно этому обрадоваться Кирим не успел, потому что упал, едва попытавшись сделать шаг.
В приоткрытые губы Единого с Природой лилась приторно-сладкая вода, перенасыщенная витаминами и минералами. Он чувствовал чью-то руку, поддерживавшую его под голову, мягкий ворс ковра и тепло укутавшего его покрывала.
- Пей, Дайлети, - услышал он требовательный голос. - Тебе эту нужно сейчас. Ты истощен из-за Перехода.
Кирим сморгнул и сфокусировал взгляд на говорившей. Девушка не только оделась, но еще и натянула на кисти рукава ярко-желтого пушистого халата, чтобы ни в коем случае не соприкоснуться кожей с Дайлети. И правильно. В таком состоянии, вынужденный собирать тело с нуля, стягивая «строительный материал» из окружающего мира, Единый с Природой представлял опасность для человека, потому что плохо себя контролировал, и мог если не убить, то, как минимум, покалечить.
Когда Дайлети приходил на Зов, энергетические затраты, по сути, делились пополам, и это не сказывалось так плачевно на осуществлявшем Переход. К тому же, таким образом звали на помощь лишь в экстренных ситуациях и, как правило, старших и более опытных. Случай Кирима не подпадал ни под одну из двух категорий, и чувствовал он себя отвратительно.
- Спасибо, - нашел он в себе силы поблагодарить хозяйку дома, в котором оказался.
Лилан Алари отставила опустевшую бутылку, осторожно уложила голову Кирима на подушку и убежала из комнаты, на ходу торопливо проговорив:
- Я сейчас принесу тебе что-нибудь поесть!
Она вернулась очень быстро и не с подносом даже, а со столиком, парящим на встроенном антиграве и заставленным тарелками.
- Тебе очень повезло, Дайлети, - объяснила она с улыбкой, помогая Кириму сесть, прислонившись к стене. О том, чтобы перебраться в более удобное для еды место, речи пока не шло: хрупкая девушка не могла дотащить Кирима до постели, а сам он был не в состоянии подняться. Слабость была липкой, всепоглощающей и опустошительной. Тело казалось легким и как будто звонким, но при этом словно ватой наполненным. Даже вилку в руках было тяжело держать. - Обычно, когда я живу одна, я ничего не готовлю. Но вчера прилетал мой брат - он космодесантник - и пришлось подсуетиться, чтобы порадовать его домашней едой….
Слишком занятый поглощением пищи и необходимостью удерживать тело в сидячем положении, Кирим лишь мимоходом отметил про себя очередную невинную оговорку девушки. Вот так запросто сообщить постороннему, что она в доме одна и притом давно - за пределами Семи Миров такого не позволил бы себе и шестилетний ребенок.