- Дядя Бен! – возмутился Дайлети, потирая затылок. – Ну не при Лилан же!
- Сейчас еще добавлю! Скрыть от нас такое хотел! Теперь-то понятно, отчего отец твой к нам дорогу забыл – стыдно нам в глаза посмотреть! Родную кровинку, да из дома взашей!
Отшельник досадливо покачал головой.
- А ведь я говорил вам – оставайтесь! Да что уж теперь о прошлом вздыхать! Эх! – мужчина махнул рукой и первым сел за накрытый стол. Каким-то невероятным образом в промежутках между объятиями, охами и вздохами Элен умудрилась собрать на нарядной белоснежной скатерти такое изобильное угощение, что Лилан, вспомнив слова Кирима, немного испугалась. Из-под стола высунулась довольная морда Ареса, явно что-то под шумок схарчившего с хозяйского стола. Лилан подмигнула хроху, и уже гораздо уверенней села на предназначавшийся ей стул с красивой резной спинкой. Гости и хозяева проговорили до утра.
Лилан проснулась от звонкого стука и вышла на заднее крыльцо дома, кутаясь в серый шерстяной платок, одолженный Элен. Кирим колол вместе с хозяином дома дрова, и Принцесса прислонилась к нагретым утренним солнышком бревнам, любуясь игрой мышц под загорелой кожей Дайлети. Дядя Бен был высоким, крупным мужчиной, с густым черным волосом на груди, и напоминал медведя со старинных иллюстрированных книг с детскими сказками, что хранились в музее на Вильме. Кирим на его фоне не тянул даже на медвежонка – только на кота: тощего, мартовского. Но работать вровень с Беном ему это не мешало. Расколотые поленья вылетали из-под топоров едва ли не синхронно. На некотором отдалении от работающих мужчин валялся на травке Арес, довольно жмурясь. Почуяв появление нового человека, хрох лениво встал и тут же, одним прыжком преодолев полдвора, оказался на крыльце, едва не сбив Лилан с ног. Засмеявшись, Принцесса одной рукой обхватила зверя за шею, а другой потрепала за ушами.
Кирим приветственно взмахнул рукой, ловко увернулся от отскочившего в его сторону полена, бросил короткий укоризненный взгляд на друга своего отца, дождался ответного покаянного, и вернулся к работе. А Лилан шагнула обратно в дом. В центральной комнате, которая была по совместительству и кухней, и гостиной, и где в углу царствовала огромная печь, суетилась Элен, готовя на завтрак пышные оладьи.
- Я могу Вам чем-нибудь помочь? – все еще немного стесняясь, спросила Лилан хозяйку. Та перевернула на огромной и на взгляд Принцессы неподъемной сковороде очередную порцию утреннего лакомства, и улыбнулась гостье.
- Накрывай на стол! Посуда в буфете!
Вся мебель в доме была сделана и с любовью украшена резьбой хозяином дома. Прочная, массивная, она была под стать и огромному Бенджамину, и его супруге. Та была высока и полнотела, но ее это совершенно не портило, а только добавляло солидности, которая, впрочем, тут же куда-то исчезала, стоило женщине задорно улыбнуться.
Сквозь открытые окна с улицы доносилось довольное фырканье мужчин, окатывавших друг друга водой прямо из колодца. Лилан мечтательно улыбнулась. Вот бы вообще никогда не улетать отсюда! И готовить Кириму завтрак, и ждать, когда он вернется со двора, отряхивая руки от стружек, или из леса, с охоты. А вечерами сидеть рядышком на крыльце и смотреть на звезды, пока голова не закружится. А потом…
Лилан вздохнула. «Будем друзьями», - сказал Кирим в их вторую встречу. И вел себя как заботливый старший брат. Принцесса не знала, как объяснить ему, что брат у нее уже был, а воспринимать Дайлети в качестве друга у нее физически не получалось.
- Не вздыхай так, деточка, - Элен положила ей на плечо горячую от близкого жара печи руку. – И не красней. Я же вижу, как ты на него смотришь. Ты все делаешь правильно, нужно только немного подождать!
- Но я ничего не делаю, - покачала головой Принцесса.
- Вот именно! И это правильно, - хозяйка вернулась с печи и продолжила неспешно. – Дай ему время оттаять. Он как ледышка сейчас: сунь в печь – и испарится без следа, только облачко далекое и увидишь. А вот если потихонечку, да на ласковом солнышке – зазвенит ручеек, сам побежит тебе навстречу.
- Я подожду, - пообещала ей и себе Лилан.
Глава 20
Лес был так светел и чудесен, что Лилан хотелось потрогать каждое деревце, каждую травинку, каждый нагретый солнцем валун, выглядывавший из-под седого мха. Арес, словно щенок, носился туда-сюда, высунув язык, и периодически притаскивал Кириму какую-нибудь палку, огромную колючую шишку или даже маленького зверька, свесившегося грязной тряпочкой по обеим сторонам клыкастой пасти. Хрох заглядывал Единому с Природой в глаза, предлагая свои бесценные дары, но Кирим каждый раз с улыбкой качал головой. Мохнатая тушка была проглочена, палка выплюнута, шишка преподнесена Лилан. Девушка приняла огромный шипастый плод и положила его на дно корзинки, аккуратно отодвинув грибы и завернутые в полотенце бутерброды, чтобы не помять. На ее счету было уже пять «белых», называемых так по старинке, хотя с земными собратьями эти грибы роднила разве что массивная ножка и излюбленные места обитания.