— Когда ты зашёл в квартиру, — продолжила я, — твой взгляд был немного потерян не как обычно.
Я подошла ближе, почти не думая. Пальцы коснулись его щеки осторожно, как проверяют, не сон ли перед тобой.
Кожа была тёплой, и на мгновение мне показалось, что он задержал дыхание.
Он не отстранился, только закрыл глаза на секунду, собирался с силами.
— Не то чтобы потерян, — тихо сказал он. — Просто устал.
Он открыл глаза, и в них уже не было ни насмешки, ни привычной брони, только простая усталость, которую больше не хотел прятать.
Я посмотрела на него внимательнее.
— Я чувствую, — сказала я. — Всё это не просто так. Я не просто встретила Соню. И ты сегодня другой более молчаливый, чем обычно.
Я попросила:
— Поделись со мной, Сайлас.
Он чуть опустил голову, эта просьба задела его сильнее, чем любые слова.
— Я не успел подумать, — тихо сказал он. — И я не знаю, насколько ты готова к этой информации.
— А если не готова, что тогда? — спросила я. — Ты просто уйдёшь и оставишь меня гадать?
Он молчал, взгляд всё тот же тёплый, но осторожный.
— Я уже видела слишком много, чтобы делать вид, будто ничего не происходит, — сказала я. — Если правда всё изменит, значит, пора её услышать.
Он выдохнул, всё ещё решал, стоит ли говорить дальше.
— Есть те, кто считает, что этот мир пора переписать, — произнёс он спокойно. — Начать заново.
— Кто те? — спросила я.
Он посмотрел прямо, без улыбки:
— Ангелы.
Слово прозвучало просто.
— Подожди, — я чуть нахмурилась. — Настоящие ангелы?
— Настоящие, — ответил он. — Хотя от того, что они сделали, светлыми их уже не назовёшь.
Я моргнула, пытаясь уложить в голове всё, что он сказал.
— Так стоп, — выдохнула я. — Люцифер, который твой отец он демон или ангел?
Сайлас чуть усмехнулся от постановки вопроса.
— Был ангелом, — ответил он. — Самым сильным из тех, кто стоял рядом с Богом. — Потом выбрал власть.
Он посмотрел на меня:
— И за этот выбор нас теперь зовут демонами.
— Бог есть? — спросила я после короткой паузы.
— Его больше нет, — ответил Сайлас просто.
— А ты хоть раз его видел?
Он покачал головой.
— Нет.
Я чуть улыбнулась уголком губ:
— Тогда это не значит, что его нет.
Он посмотрел на меня внимательнее как на того, кто сказал нечто, чего он не ожидал услышать:
— Ты говоришь так, будто он всё ещё где-то рядом.
Я улыбнулась от растерянности и задумалась:
— Получается, ты говоришь, ангелы хотят уничтожить нас? Зачем им это?
Сайлас чуть повёл плечом:
— Они считают, что люди вышли из-под контроля, что мир надо очистить и начать заново.
— Как же самонадеянно, — тихо сказала я. — Я думала, ангелы добряки по натуре, а демоны злые.
Я чуть улыбнулась:
— Хотя, общаясь с тобой и Лори, я этого не вижу.
Сайлас усмехнулся уголком рта, как человек, слышащий старый стереотип.
— Демоны не злые, Мари. Мы просто делаем то, что хотим.
Он посмотрел на меня:
— И иногда это оказывается куда честнее, чем всё их «добро».
Я помолчала, обдумывая его слова. Всё звучало слишком спокойно для того, что он только что сказал.
— Сайлас, и что нам делать? — спросила я.
Он чуть приподнял брови, словно удивился самому вопросу, потом выдохнул коротко, почти со смешком.
— Делать будем то, чего они не ждут, — сказал он. — И начнём с того, что перестанем играть по их правилам.
Я вслушалась в его спокойный непоколебимый голос, план уже был у него в голове.
— У тебя есть план? — спросила я прямо.
— Есть план, — сказал он. — Но не война и не фронт. Скорее расстановка фигур.
Он чуть усмехнулся:
— Не только ангелы втянуты в это. Демоны, хранители, даже те, кто предпочитал не вмешиваться, все почувствуют удар, если не выбрать сторону. Я хочу собрать тех, кто не согласен с их решением. И не важно, из какого они мира.
— Я не смогу стоять в стороне, — сказала я. — Что мне сделать, Сайлас?
Он провёл ладонью по волосам, задержался на виске, будто что-то обдумывал.
— Иногда не участие спасает, а знание, — произнёс он. — Но тебе, видимо, уже мало просто знать.
Я кивнула:
— Мне нужно понимать, что происходит. Если эти ангелы думают, что люди кучка идиотов, которые не могут постоять за себя и ничего не сделать, то они ошибаются.
Он ухмыльнулся, коротко с уважением.
— Хорошо, — сказал он наконец. — Тогда слушай. Только помни, я не хотел втягивать тебя в это.
Он выдохнул, чуть опершись на край стола:
— Есть люди, которые не такие, как остальные. Я не о силе и не о дарах. О душах.