Страшно было до дрожи за них. За тех, кого я уже мысленно расставляла по местам, как фигурки на доске. Каждый живой человек со своими страхами, мечтами, ипотекой, глупыми шутками в чате. И если я ошибусь, то они заплатят вместе со мной.
Кто, если не я? Этот вопрос звучал не пафосно, а устало. Я первая сказала «мы», значит отвечать тоже мне.
— Соберись, Мари, — прошептала я своему отражению.
Голос прозвучал тише, чем хотелось.
— С чего начать?
Ответ пришёл почти сразу с Йена.
Я потянулась за телефоном, разблокировала экран и какое-то время просто смотрела на его имя в списке контактов. Пальцы дрожали, когда я набирала:
«Йен, мне нужно с тобой поговорить. Очень серьёзно. Не по работе».
Я вздрогнула от резкого звука, телефон даже не успел погаснуть после отправки сообщения.
Йен.
Я на секунду зажала экран ладонью, словно могла отсрочить разговор, потом всё-таки провела пальцем и приложила телефон к уху.
— Мари? — вместо приветствия,напряжение было слышно сразу. — Что случилось?
Горло пересохло.
— Ничего ещё, — выдавила я. — Просто мне правда нужно с тобой поговорить.
Я почти видела, как он прищурился.
— Ты впервые так пишешь, значит что-то серьёзноё, — сказал он тихо. — Ты дома?
Я поймала своё отражение в зеркале: телефон у уха, плечи подняты, как будто я жду удара. На секунду захотелось всё отменить, сказать, что это была паника, что ничего серьёзного. Но фраза «кто, если не я» всё ещё гудела в груди.
— Слушай, — начала я, делая вдох. — То, что я хочу тебе рассказать, это не по телефону. И звучать будет очень странно.
Он чуть выдохнул, и я услышала на фоне глухой шум, будто он не дома.
— Так. Я сейчас не один. Я у Лори.
Сердце пропустило удар.
— У Лори? — повторила я, чуть громче, чем хотела.
— Угу. Мы, — он запнулся, — Давай так, приезжай к ней.
— Доеду, — сказала я. Голос всё равно дрогнул.
— Мари, — мягко добавил он, — если станет совсем хреново по дороге, звони. Даже если это просто паника, а не конец света. Со всем можно работать.
Звонок оборвался. Наверное это можно было назвать концом света.
Лифт дёрнулся и поехал вверх, считая этажи ленивым электронным голосом. Двери разъехались. На площадке уже ждали.
Йен стоял ближе всех, привычно опёршись плечом о стену, как дежурный у выхода, только вместо привычной расслабленности в нём чувствовалась собранность перед вызовом. Увидев меня, он мгновенно выпрямился, взгляд скользнул на лицо и руки, на то как я дышу.
— Добралась, — констатировал он, больше для себя, чем для меня. — Живая.
Чуть дальше, у двери в квартиру, стояла Лори. Она смотрела слишком внимательно. В её глазах было то же напряжение, что и в голосе Сайласа, когда он говорил про ангелов.
По тому, как у неё дёрнулся уголок губ, когда наши взгляды встретились, я поняла, он уже успел её посвятить.
— Привет, Мари, — сказала Лори мягко. Голос прозвучал осторожно, как у человека, который заранее знает, что сейчас будет больно. — Он кое-что рассказал в общих чертах.
Не нужно было уточнять, кто.
— Класс, — выдохнула я. — Значит, экономим время.
Йен перевёл взгляд с неё на меня, сверяя две разные версии одной и той же истории.
— Пойдём внутрь, — предложил он. — В коридоре как-то не то место, чтобы обсуждать конец света.
Лори кивнула, отступая, пропуская нас.
На кухне пахло чаем и чем-то цитрусовым, то ли моющим средством, то ли её гелем для рук. Лори почти не смотрела в нашу сторону, но было ясно, она слышит каждое слово.
Мы с Йеном сидели за столом так, чтобы можно было и встретиться взглядом, и отвернуться, если станет слишком тяжело.
Лори поставила кружки на стол. Я обхватила ладонями керамику, будто пытаясь впитать тепло.
— Я не знаю, с чего начать, — сказала я наконец, и собственный голос прозвучал чужим.
Йен чуть придвинулся вперёд, опираясь локтями о стол. В его взгляде не было раздражения, была привычная собранность человека, который сто раз входил в горящие дома и всё равно продолжал туда ходить.
— Тогда давай по-пожарному, — он чуть наклонился, не спуская с неё глаз. — Что у нас: очаг, масштабы, время на развёртывание?
Я посмотрела на Йена, как на человека, который хотя бы знает, что такое «когда всё горит».
— Представь, что в городе вспыхивают очаги, — сказала я. — Ты приезжаешь, тушишь, а через пару дней понимаешь это не случайные возгорания. Кто-то делает так, чтобы город загорелся точечно.
Он даже не подумал, ответ вылетел автоматически, профессионально:
— Поджигатель. Серийный.
Я кивнула.
— Было бы замечательно, если бы это был просто один человек с канистрой. — Я сжала кружку сильнее. — Но в нашей ситуации поджигателей много.