Ник посмотрел на меня пристально, почти в упор, глаза стали ещё глубже:
— Как вы поняли?
Я уже открыла рот, но бабушка опередила меня:
— Моя внучка пожарная.
Доктор кивнул, будто этим всё сказано.
— У спасателей часто бывает шестое чувство, — произнёс он, но взгляд его задержался на мне чуть дольше, чем следовало, он пытался прочитать во мне что-то ещё, что-то, что я сама до конца не понимала.
Я почувствовала, как щеки заливает тепло, отвела глаза, разглядываф кафельный пол.
— Пойдёмте, — мягко сказал Ник, но его рука на моём плече задержалась ещё на миг дольше, чем нужно было просто для поддержки.
Если вам понравилось, поставьте пожалуйста 5 звёзд этой главе и звёздочку моей книге.
Каждая ваша звезда, как глоток воздуха для Мари после пожара.
Глава 6. Сайлас
Я поднял трубку, и в ухе запели птички. Не небесные, нет. Это был сигнал Канцелярии Нижних: у них на всё хватало извращённого чувства юмора.
Ангелы, конечно, называют нас пафосными. Но кто придумал оформлять сделки птичьим щебетом, явно не я.
— Баал, здравствуй, — сухо сказал голос секретаря. — Звоню подтвердить продажу части души в баре.
— Верно, — я откинулся в кресле. — Папик сам всё подписал.
— Сделка зафиксирована. Половина души списана в реестр. Кстати… — голос стал вязким, с намёком. — Канцелярия интересуется, что за «помеху» ты почувствовал на вылазке.
— Помеха? — я лениво покрутил бокал. — Это вы так называете, когда человек слишком много пьёт и ему кажется, что в комнате кто-то есть?
— Нет, — голос стал вязким. — Она не просто «почувствовала». Она резонировала. Мы видим это в журналах.
Я усмехнулся.
— Я всего лишь… проверил границы. Немного поиграл.
— Игры приводят к сбоям. Смертные не должны различать, кто мы есть на самом деле.
— Она ничего не различила, — хищно улыбнулся я. — Она просто… почувствовала меня.
Пауза. В трубке защебетали птицы.
— Именно это и вызывает интерес.
— Она не предмет сделки. Пока что. Остальное вас волновать не должно.
— Совет захочет объяснений: угроза она или наоборот, полезный ресурс.
— Совет пусть идёт к чёрту, — я улыбнулся в бокал с бренди. — Хотя, кажется, они уже там.
Щебетание оборвалось.
Дверь щёлкнула, не дожидаясь приглашения. Лори скользнула внутрь. Высокие каблуки, чёрные перчатки до локтя, красная папка в руках.
Платиновая блондинка с роскошными волнами волос, грудь так и выпирала из глубокого выреза, соблазн. Улыбка, которой режут, и бедра, двигающиеся так, будто каждый её шаг был приглашением к греху.
— Что узнала по моей пташке? — оскалился я, лениво оглядев Лори так, чтобы ей стало горячо.
Она положила на стол пару листов.
— И это всё? — я принялся размахивать листами, будто это веер, а не «материалы».
— Сайлас, это всё, что есть, — вздохнула она, поджав свои губки. Чертовка всегда знала свои сильные стороны и как их подсветить.
— Ты сказала ему, что он мне должен? — я прищурился.
— Конечно, — улыбнулась Лори. — Он сказал, это всё, что на неё есть. Цитирую седого наглеца: «не засекречена, не интересна, не вызывает диссонанса, не влияет на будущее людей».
Я усмехнулся. Внутри скользнула холодная, как лёд в бренди, мысль: тем лучше. Никто не видит, никто не помешает.
— А зря, — сказал я вслух. — В ней есть потенциал. А ты знаешь: я никогда не ошибаюсь в людях.
— Помнишь: если одна вспыхнула, где-то объявятся и другие, — я продолжил и задержал взгляд. — Но мне нужна только она.
Лори вспыхнула, адское пламя дрогнуло в её зрачках. Думала, я не замечу? Ревность обычная, собственническая; ею обладают все демоны.
— Ну так? — продолжил я. — Ещё новости?
— Заказчик «Карло». Пришла расправа на него, — она положила папку на стол, её алые ногти стукнули о крышку. — На его складе уже расставили канистры. Через сорок минут всё вспыхнет красиво.
Я разозлился, открыл папку. Листы с жирной печатью, имя Карло.
— Да они же меня подставляют! Я ему дал богатство, а они отбирают его.
— Они и отбирают его жизнь, — сладко прошептала Лори. — Таково решение, господин. И вы же знаете… я всегда с вами.
Она плавно обогнула стол и облокотилась грудью о мою спину, мягко, но тяжело, будто прижимала к себе. Её горячее дыхание скользнуло по уху.
Злость кипела во мне, бурлила, как пламя под котлом. Другие сделки в этом баре теперь могут пойти со скрипом. Если люди начнут сомневаться, то это плохо. Не то чтобы я боялся их мнения, но место мне нравилось. Репутация здесь была моей визитной карточкой.
Я резко поднялся, схватил Лори за запястье и усадил её на стол. Она ахнула, но тут же улыбнулась провокационно, как всегда. Её бедра раздвинулись сами собой, грудь почти выпала из выреза. Она прижалась ко мне, будто только этого и ждала.