Он повернулся к небесным рядам:
— Чистки не будет, массового отсева тоже. Разговор закрыт.
По строю прокатилась волна злости и паники. Пара ангелов почти одновременно сделали шаг вперёд, но остановились, ударившись о невидимую стену.
Потом он глянул на нас на людей, демонов и ведьм.
— Но и за вас я жить не собираюсь, — сказал Йен уже мягче. — Я остановил бой. дальше придётся самим решать, что вы делаете с этим миром без «оптимизации» и удобного «а бог потом разберётся».
От этих слов внутри неприятно кольнуло, хотелось возмутиться, что мы и так делаем всё, что можем. Но где-то очень честная часть меня понимала: да, мы привыкли перекладывать отвественность на кого-то ещё.
Я услышала рядом тихий выдох.
— Всегда чувствовал, что с ним что-то не так, — негромко сказал Сайлас. — Просто не думал, что до такой степени.
Он посмотрел на Йена уже без привычной иронии и добавил, чуть тише:
— Честно? Если уж кому и быть богом, лучше кандидата я бы не придумал.
Йен выслушал реплику Сайласа, чуть усмехнулся, но отвечать не стал. В поле снова повисла тишина.
— Я сказал, что не буду жить за вас, — произнёс он. — Но в одно дело вмешаюсь ещё раз.
Он повернулся к Лилит. Она всё так же стояла посреди поля босая с волосами-тенями до земли с этим сломанным, плавающим взглядом, как у человека, которого слишком долго держали в темноте.
Йен просто поднял руку, жест был человеческий. Воздух вокруг Лилит дрогнул. Она моргнула, а взгляд сфокусировался.
Я даже почувствовала, как по кругу демонов прошла волна облегчения что ли.
Лилит вдохнула глубже, огляделась уже осмысленно. Потом увидела сначала демонов, а потом Сайласа и Кайроса.
Она пошла к ним босиком по траве сначала осторожно, боялась, что всё исчезнет, потом пошла быстрее.
Она обняла их обоих разом так, как обнимают детей, которых очень давно не видела и не была уверена, что увидит вообще. Она подбежала, и на секунду в ней что-то изменилось, вместо сломанной, чужой силы перед нами оказалась просто мать, которая наконец нашла своих.
Сайлас напрягся, потом выдохнул и обнял в ответ. Кайрос даже не попытался сделать вид, что ему всё равно. Потом она обняла Наама с Хаамом, Варака, Малевиру и других.
Лилит отстранилась, развернулась, и её взгляд наткнулся на Ариона. Она смотрела долго, как будто пыталась совместить две картинки: младенца из памяти и этого ангела.
— Мальчик мой, — тихо сказала Лилит.
И Арион впервые за всё время опустил глаза.
Эпилог от лица Мари
Прошло полгода.
Иногда мне кажется, что всё это чья-то очень долгая психотерапия или книга, пришедшая в бредовом сне, а не пережитый конец света. Но потом я внезапно вспоминаю ту неделю после битвы и понимаю, что нет, это было на самом деле.
Через неделю после поля мы сидели в части, это была почти обычная смена.
Йен или Бог, чёрт возьми, всё так же ходил в нашей форме, пил кофе из той же облезлой кружки и матерился на ту же раздолбанную кофемашину, только теперь каждый его вздох слегка фоновой вибрацией отдавался в мире, я этого раньше не замечала.
Майкл сидел на лавке и вертел в руках шлем.
— Слушай, — он повернулся к Йену, нахмурившись так, словно решал задачу по физике. — А как я теперь вообще жить с тобой буду? Девчонок домой приводить, шутки по рации. Ты же мысли читаешь, да?
Йен захохотал самым обычным своим смехом, от которого люди оживлялись.
— Расслабься, — сказал он. — Если я начну следить за каждой твоей мыслью, то вселенная схлопнется.
Йен пихнул его плечом:
— Мы с тобой те же друзья, что и раньше. Я просто с побочными опциями.
— Побочные опции, говоришь, — буркнул Майкл. — Йен, ты у нас с допами.
— И да, — добавил Йен, уже более буднично, — жить я, скорее всего, буду у Лори.
Майкл поперхнулся, Энн прыснула, Сара закрыла рот рукой, чтобы не расхохотаться вслух.
Для Боба вообще ничего не изменилось, он прошёл мимо, остановился за спиной Йена и по-отечески тронул его за плечо.
— На всякий случай, — сказал он, — я всё равно буду тебя ругать, когда ты косячишь и хвалить, когда не косячишь.
Прищурился:
— А то мало ли, возомнишь себя кем-то большим.
— Опоздал, — улыбнулся Йен. — Но договорились.
Мы с Энн и Сарой переглянулись и засмеялись.
Он правда оставался тем же, смеялся, шутил, подначивал. Да, иногда от него шёл такой фон, что гасились лампочки и демоны невольно переходили на «вы». Да, было странно привыкать, что твой друг Бог. Но, как показала практика, хуже начальства у нас и до этого хватало.
После битвы бабушка снова позвонила и требовательно сказала по телефону: