— Анжела… — простонала я.
— Ой, не начинай! — она прыснула со смеху. — Все мужики вокруг тебе глазки строят, а ты сидишь, как снежная королева.
Едва открыв меню, я закатила глаза:
— О, господи… Цены такие, будто они тут бриллианты подают вместо десерта.
Анжела махнула рукой, блеснув кольцом.
— Ой, подруга, прекрати! Сегодня я угощаю. Мой жених красив и богат, пусть это хоть раз будет плюсом!
Я рассмеялась и подняла бокал с водой.
— Ладно, Анжела. Только знай: богатство ещё не гарантия счастья.
— Да ну тебя! — она щёлкнула меня по руке, но улыбка не сходила с её лица. — Счастье — это вот это платье и он.
Мы засиделись дольше, чем планировали. Анжела ещё раз показала фото своего жениха, обсудила меню на свадьбу, хохотала и сияла. Я улыбалась, но мысли уже плавали где-то в стороне.
Наконец мы расплатились, вышли на парковку и крепко обнялись.
— Спасибо, Мари, — сказала Анжела. — Ты лучшая.
— Иди, сияй, невеста, — ответила я с улыбкой.
Мы разъехались по домам: она вся счастливая и лёгкая, я с новым грузом мыслей.
Уже подъезжая к дому, я услышала, как запиликал пейджер.
«Сильное возгорание по адресу… Требуются дополнительные команды».
Я развернула машину на месте и со всей скоростью понеслась к части.
Там всё кипело. Парни натягивали боёвку, лязгали карабины, подхватывали аппараты.
— Нас вызывают всех! — бросил Боб, застёгивая куртку. — Гигантское возгорание!
Я перекинулась парой фраз с ребятами, натянула каску, перчатки. Всё привычно: рукава, аппараты, рукоятка карабина, запах дыма. Через минуту мы уже мчались на машине, сирены рвали воздух, сливаясь в одну ноту с гулом крови в ушах.
Горело несколько гектаров складских помещений. Огонь пожирал улицу, вздымая к небу столбы дыма. Небо светилось оранжевым, как при конце света.
Я спрыгнула с подножки, шланг в руки, и в тот же миг то самое чувство. Взгляд.
Сквозь дым и жар, через ревущие струи воды, я повернула голову. На крыше соседнего ангара, который по какой-то странной причине ещё не горел, стояла тень. Едва различимая. Но я увидела тонкий огонёк сигареты красную точку, которая вспыхивала и гасла.
Мир на секунду сжался до этой точки. Я знала: за нами кто-то смотрит.
— Мари! — окрикнул кто-то из своих. — Держи линию!
Я вздрогнула, перехватила шланг и снова бросилась в работу. Но взгляд сзади продолжала чувствовать.
Если вам понравилось, поставьте пожалуйста 5 звёзд этой главе и звёздочку моей книге.
Каждая ваша звезда, как глоток воздуха для Мари после пожара.
Глава 8. Сайлас
Я стоял в тени и наблюдал, как несколько бригад тушили пожар. Пламя было сильным, но они справились. На удивление, никто из пожарных не пострадал. Сгорело много помещений, скорее всего, расплата за сделки других смертных. Я не следил за своими сородичами.
Демонам скучно глядеть на людей, они видят в них лишь сырьё: живое мясо, которое однажды упадёт вниз. Они ждут, когда душа дозреет, чтобы забрать её.
Но не я. Я другой. Мне любопытно. Люди, их слабость, их упрямство, их смешная тяга к жизни. Большинство из них пустые, одноразовые, но иногда среди них встречаются исключения.
Мари была исключением.
Я следил за ней, не отрывая взгляда. В дыму и копоти она двигалась быстро и уверенно, словно в огне была дома. Её лицо было уставшим, но не сломленным.
Она раздавала указания, держала команду в руках, не позволяла растерянности брать верх. Даже когда ошибалась, сразу же поправлялась и продолжала. В её усталости была сталь, в ошибках только решимость.
Она шагала по пеплу, проверяла завалы, инструктировала младших. Я видел, как она задержалась дольше других, пока остальные уже ждали в машинах, она ещё раз обходила здание, пока не убедилась, что всё под контролем.
Потом приехали новые машины. Следователи, эксперты, те, кто роется в пепле, собирает останки и ищет ответы. Они делали свою работу, а пожарные один за другим уезжали.
Она сняла каску, скинула перчатки, устало провела рукой по лицу. Губы дрогнули, словно она хотела что-то сказать, но передумала.
Я не спешил. Я просто следил. Для меня это было важнее любого дыма, любого пожара.
И когда её команда наконец уехала в часть, я двинулся вслед.
Я шёл за ними неторопливо, растворяясь в темноте улиц. Их машины вернулись в часть под утро. Железные ворота лязгнули, пожарные выбрались наружу, шумно переговариваясь, хлопая друг друга по плечам.
Я стоял в стороне, наблюдая. Никто не чувствовал меня, кроме неё.
Мари шла последней. Взгляд усталый, но твёрдый. Она улыбалась ребятам, шутила, словно старалась разрядить тяжесть ночи, но я видел, как её плечи опускаются, стоит им отвернуться. В её глазах светилась пустота, которую она прятала.