— Молодость, — повторил я, делая медленный глоток. — Ты думаешь, она вернёт тебе жизнь?
— Я готова на всё, — она склонилась ближе. — Назовите цену.
Я посмотрел в её глаза и увидел, как внутри неё трепещет голод к вниманию. Ей не нужна была молодость ради самой молодости. Ей нужна была зависть других и взгляды мужчин.
— Я подумаю, — ответил я. — Но помни: иногда отражение в зеркале моложе, чем душа, которая на тебя смотрит.
Она не поняла, но кивнула, словно услышала обещание. Ушла лёгкой походкой, пряча дрожь в пальцах.
Я проводил её взглядом и усмехнулся. Люди всегда верят, что обманули меня, когда на самом деле я уже держу их за горло.
Я сидел в тени дивана и слушал. Один за другим они подходили, открывая свои души, как нищие вытягивают ладонь за монетой. Сейчас редко отвечал прямо. Мне это не нужно.
Молодой бизнесмен слишком самоуверенный, с белоснежной улыбкой. Он хотел всё и сразу: деньги, влияние, славу. Он не понимал, что быстрый успех, это быстрый конец.
Политик с потным лбом и натянутой улыбкой говорил о «народе», а думал только о кресле. Хотел победы любой ценой. Смешной маленький человек, мечтающий играть в богов.
И певица, едва за двадцать, с дрожащими руками. Её голос звучал звонко, но внутри была только пустота. Она мечтала о славе, о толпах, о криках её имени. Даже не понимала, что эта жажда уже тянет её ко мне.
Я слушал всех. Я улыбался, кивал, иногда отвечал коротким «посмотрим» или «подумаю». Но сделок сегодня не заключал. Нет. Пусть сначала они сами дойдут до края. Пусть сами придут второй раз. Пусть сами шепнут: «я готов на всё».
Я люблю, когда души зреют. Когда жадность и страх сами доводят их до безумия.
К концу вечера у меня было пять новых ростков. Пять будущих падений.
Я встал, накинул пальто и направился к выходу. Музыка и смех остались позади, запахи дорогого вина и парфюма смешались в сладкой, приторной вони человеческой жадности.
Снаружи ночь встретила меня прохладой. Я закурил и растворился в темноте.
Если вам понравилось, поставьте пожалуйста 5 звёзд этой главе и звёздочку моей книге.
Сайлас выпьет за Вас бурбон
Глава 9. Мари
Я снова ощутила чей-то взгляд, очень настойчивый. В коридоре было пусто, но ощущение не уходило. Я глубоко вдохнула, пытаясь прийти в себя, и вернулась вместе с Энн в комнату отдыха.
Там было шумно: кто-то уже наливал кофе, кто-то спорил, громко смеялся. Но Боб поднялся с места и, хлопнув в ладони, привлёк к себе внимание:
— Ребята, давайте соберёмся. Нужно кое-что обсудить.
Энн мгновенно напряглась. Её плечи дёрнулись, пальцы заскользили по кружке так, что было видно, она нервничает. Даже Сара это заметила. Она прищурилась, глянула на Энн, потом на меня.
— Что с ней? — шепнула она.
Я лишь пожала плечами.
Сара фыркнула, но больше ничего не сказала, а Энн сидела слишком прямо, будто боялась, что её мысли напишутся на лице.
Боб встал у центра стола, провёл рукой по затылку и шум стих. Все обернулись на него.
— Ладно, — начал он, тяжело выдыхая. — Думаю, вы и так знаете: Брюс уходит. Всё официально. Теперь я ваш командир.
Сара прыснула в кулак, но быстро притихла. Энн уставилась в стол, будто пыталась не выдать лишнего.
— Брюс был хорошим капитаном, — продолжил Боб. — Но времена меняются. Я хочу чуть другое. Более лояльные отношения внутри команды. Мы семья, и не нужно держать жёсткие рамки только ради правил.
Он усмехнулся, глядя на ребят по очереди:
— Короче, кое-какие ограничения Брюса я собираюсь убрать. Чтобы мы могли работать свободнее. Дышать свободнее.
По комнате прокатилась волна шёпота. Кто-то облегчённо хмыкнул, кто-то настороженно переглянулся.
Я поймала на себе взгляд Энн, она выглядела так, будто внутри у неё всё сжалось. Сара, напротив, едва заметно усмехнулась, словно предчувствовала перемены к лучшему.
Я только сделала глоток кофе и молчала. Внутри скреблось ощущение, что перемены ещё аукнутся.
После слов Боба разговоры быстро разбрелись по углам. Все сгрудились по компаниям: кто-то спорил, кто-то уже шутил. Йен и Майкл что-то обсуждали, но каждый раз их взгляды скользили в мою сторону.
Я почувствовала, как кровь прилила к лицу, и поспешно отвернулась.
— Ого, — хихикнула Сара, толкнув меня локтем. — Кажется, говорят про тебя, Мари.
— Да тише ты, — прошипела я, но щеки пылали сильнее.
Тут Энн, которая до этого сидела тише воды, вдруг подняла голову, словно очнулась от своих мыслей.
— О чём вы, девочки? — спросила она, и голос её прозвучал чуть резче, чем следовало.