Он аккуратно отодвинул стул и помог мне сесть, слегка коснувшись моей руки. Казалось, жесты у него отточены, но при этом искренни.
Мы сделали заказ, и Ник сразу увёл разговор в лёгкую сторону:
— Сегодня у меня в приёмной была старая леди. — Он наклонился ко мне ближе, словно рассказывая тайну. — Она пыталась ущипнуть меня за попу.
Я прыснула от смеха и едва не подавилась водой.
— Серьёзно?
— Ещё как. — Он изобразил трагическую мину. — Знаешь, я привык к любопытным вопросам про здоровье, но этого я не ожидал.
Я всё ещё смеялась, глядя на его серьёзный вид, и на миг забыла обо всех тревогах последних дней.
Я смеялась так, что на меня обернулись люди за соседними столиками. Ник смотрел и улыбался, в его взгляде было что-то тёплое, будто он наслаждался не своим рассказом, а именно моим смехом.
— Ты даже не представляешь, как это освежает, — сказал он, когда я наконец успокоилась. — Видеть, что человек смеётся рядом. В нашей профессии слишком много боли, слишком много слёз. Иногда кажется, что всё вокруг только рушится.
Я посмотрела на него внимательнее. Его лицо, казавшееся идеальным и спокойным, вдруг стало серьёзным. В глазах мелькнула тень усталости.
— А у тебя? — он чуть наклонился ко мне. — Твоя работа. Ты же постоянно видишь огонь, дым, страх… Как ты с этим справляешься?
Я замялась, вертя бокал в руках.
— Наверное, никак. Просто… учишься жить с этим. Иногда думаешь: вот он, наш последний выезд. Но потом возвращаешься в часть, и жизнь продолжается. До следующего раза.
Ник кивнул, и на его лице появилось что-то вроде уважения.
— Ты сильнее, чем думаешь, Мари.
Я улыбнулась, но внутри что-то кольнуло. Его слова звучали как комплимент, но и как предупреждение.
Официант принёс блюда и вторую бутылку красного вина. Свет в зале был мягким, свечи на столиках горели ровным пламенем, лёгкий джаз звучал едва уловимо.
Ник налил мне бокал и чуть задержал руку на бутылке, а потом, словно случайно, коснулся моих пальцев.
— За что мы пьём? — спросил он, глядя прямо в глаза.
— За то, что мы ещё живы, — улыбнулась я.
Мы чокнулись бокалами. Вино было тёплым, насыщенным.
Разговор снова стал лёгким. Мы обсуждали фильмы, еду, даже спорили о том, где готовят лучшую пасту. Ник шутил, а я ловила себя на том, что мне нравится его внимательность. Когда я говорила, он слушал, не перебивая, и это было редкостью.
Иногда его колено случайно касалось моего под столом. И он не отодвигался. Я тоже.
Он чуть подался вперёд, и его голос стал тише, будто он говорил только для меня:
— Ты знаешь, в свете свечей твои глаза кажутся ещё ярче.
Я смутилась и сделала глоток вина, чтобы скрыть улыбку. Сердце билось быстрее, чем следовало.
После ужина мы вышли на улицу. Я бросила взгляд на свой BMW, но махнула рукой, вино было слишком вкусным, чтобы садиться за руль.
— Машину оставлю здесь, — сказала я. — Заберу завтра.
— Правильно, — Ник тепло улыбнулся. — А сейчас предлагаю пройтись пешком.
Мы свернули в парк, где фонари отбрасывали мягкий свет на дорожки, и вечер сразу стал казаться легче, свободнее. Ник осторожно взял меня за руку. Его пальцы сомкнулись на моей руке уверенно, но бережно.
Я не отняла её. Наоборот, шагнула ближе. Всё казалось таким простым, таким правильным.
Мы остановились у фонтана, где вода тихо переливалась в свете фонарей. Ник посмотрел на меня, чуть склонил голову, и прежде чем я успела что-то сказать, его губы коснулись моих.
Поцелуй был тёплым, нежным, но в нём скрывалась сила. Я почувствовала, как внутри меня взлетели десятки бабочек, как дрожь пробежала по коже. В животе стало сладко и тревожно.
Он отстранился всего на миг, улыбнулся, глядя прямо в мои глаза, и снова поцеловал глубже, смелее. Мир вокруг растворился: не было ни парка, ни фонарей, только мы вдвоём.
Время близилось к полуночи. Ник взглянул на часы и сказал:
— Завтра к десяти.
Я хихикнула:
— Знаешь, а мне тоже к десяти.
Мы встретились взглядами, и между нами повисло то самое интимное напряжение.
— Ко мне или к тебе? — спросил Ник, слегка прищурившись.
— Лучше ко мне, — я улыбнулась. — Мне ещё кота кормить. Лео ждёт.
Это прозвучало так забавно после томных взглядов, что мы оба рассмеялись. Смех разрядил обстановку, но сделал нас ещё ближе.
Мы добрались до моей квартиры ближе к часу ночи. Я открыла дверь, и первым нас встретил Лео, мой коричневато-рыжий кот с янтарными глазами. Он вытянулся, недовольно мяукнул, словно упрекал меня за опоздание, и тут же заметил Ника.