Я захлопнула шкафчик, перекинула сумку через плечо и вышла в коридор. Всё так же пусто. Будто часть вдруг решила спрятаться.
— Серьёзно? — пробормотала я себе под нос и направилась в сторону столовой.
Дверь была закрыта. Я вдохнула и толкнула её.
Свет вспыхнул резко, и я инстинктивно моргнула.
— С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, МАРИ!!!
Громкие и разноцветные хлопушки устремились прямо мне в лицо. Крики. Смех. Конфетти в волосах.
Сара обняла меня так, будто собралась выжать мой воздух из лёгких:
— Ты думала, мы забудем? Даже не надейся!
Майкл уже тащил огромный торт с горами крема и свечами, которые мерцали, как маленькие сигнальные огни.
Энн хлопала и смеялась, у неё было по-настоящему радостное лицо. Боб стоял рядом с ножом, как хирург, видимо, чтобы разрезать торт, но выглядел, будто готов кого-то спасать даже здесь.
Йен смотрел на меня чуть дольше других. И улыбка у него была честная.
— Ну что, именинница? — Сара подтолкнула меня вперёд. — Загадывай желание!
Я уставилась на свечи. Пламя дрожало. И на секунду показалось, что огонёк вытянулся выше. Как будто узнал меня.
Моргнула. Обычный огонь. Простые свечи. Просто праздник.
Я наклонилась и задула их. Смех взлетел до потолка. А внутри у меня вдруг стало тихо.
Сара подняла пластиковый стаканчик.
— За тебя, Мари! За то, что ты упрямая, огнеупорная и чертовски нужная нам здесь.
— И за то, что знаешь, когда держать язык за зубами, — вставил Майкл.
— Она? — удивился Йен.
— Ну ладно, почти знает, — хмыкнул Майкл.
Смех. Настоящий. И мне даже удалось улыбнуться на несколько секунд.
Йен подошёл чуть позже, когда шум вокруг стих, а другие спорили, кому спасать свечи, упавшие в крем.
— Ты сегодня… странная, — сказал он тихо. — Не в плохом смысле. Просто… будто не здесь.
Я подняла взгляд. У него тёплые глаза. Грустные чуть-чуть. Но можно привыкнуть к тому, как он слушает каждое твоё слово.
— Всё нормально, — выдохнула я.
Он хотел что-то ещё сказать. Но он только кивнул и отошёл. А я осталась стоять и смотреть в пол.
Я ведь только что отказалась от самого простого пути. От человека, которому я действительно нравилась. От возможности быть с кем-то, кто не сделает мне больно.
Йен не заслужил, чтобы я держала его в запасе. Но и я не заслужила той теплоты, с которой он на меня смотрит.
У меня уже есть тьма. И она носит чужое имя.
Сайлас.
Я глубоко вдохнула. И улыбнулась всем, лишь бы не размякнуть.
Телефон вибрировал в кармане. Я посмотрела.
Ник:
У тебя всё в порядке?
Я чувствую, что ты отдаляешься.
У тебя ведь сегодня день рождения? Поздравляю.
Я застыла. Вся эта тёплая комната вдруг качнулась.
Мой хороший, честный Ник, которому я как раз сегодня должна была сказать правду, но не смогла.
Палец завис над экраном. Три варианта ответа крутились в голове, но ни один не подходил.
Я просто… Погасила экран. Не могу сейчас.
— Эй! — Сара уже тащила меня к подаркам. — Не вздумай уходить в свою тёмную пещеру мыслей! Мы ещё даже не начали твой праздник!
Я попыталась улыбнуться.
— Я здесь, — сказала я.
Но внутри была не уверена.
Если вам понравилось, поставьте, пожалуйста, звезду моей книге.
Не будь букой, как Мари
Глава 29. Сайлас
После певицы нужно было сбросить остатки её эмоций. Такие вещи лучше глушить шумом. «Дикий Койот» подходил, было проверено.
У входа охрана молча отступила. Без показного уважения, без лишних взглядов. Просто пропустили, как всегда.
Внутри всё было на своих местах: музыка давила басами, алкоголь смешивался с табаком, люди были заняты собой. Вечер как вечер. Мне нужно было только одно, это растворить чужую энергию в этом шуме.
ВИП-зона наверху жила по своим правилам. Меня там знали: достаточно появиться, и атмосфера менялась.
За стойкой стоял Томас. Короткий кивок, деловой.
— Вечер добрый, мистер Сайлас.
— Бренди. Двойной.
Он налил быстро. Я сделал глоток, именно таким он и должен быть без сюрпризов.
Занял своё место у края стойки. Отсюда удобно наблюдать. Не чтобы «вглядываться», просто фиксировать. Увидеть, кто сегодня готов сорваться, кто пришёл забыться, а кто искал неприятности.
Если сделки нагрянут, то поработаю, но сейчас мне не хотелось. План был прост: выпить, переключиться и уйти. Так и шло, пока воздух не сменился.