Знакомое тёплое ощущение, очень знакомое, почему-то не удивил, но не входило в мои планы на этот вечер.
Мари.
Я посмотрел в сторону входа. Она появилась вместе со своей шумной, уверенной и живой командой. Пожарные всегда заходят так, будто место принадлежит им. Забавно наблюдать, как инстинкты «спасателей» тянут за собой чувство власти даже вне работы.
Мари шла среди них, в центре, к которому остальные поворачивались автоматически. Так на неё реагируют, это не было игрой
На ней была чёрная обтягивающая майка и джинсы, волосы распущены. Минимум усилий, но этого хватило, чтобы некоторые из зала повернули головы, но дело было не в одежде.
У неё изменился взгляд, стал жёстче, но спокойнее. Она старалась держаться.
Интересно.
Они заняли стол у танцпола. Команда что-то активно обсуждала, смеялась, переговаривалась через музыку. Мари улыбалась, кивала, отвечала по правилам социального ритуала. Но я видел, как её плечи напряжённее, чем у остальных.
Она ещё не заметила меня. С этого расстояния она не могла меня разглядеть, и хорошо.
Я сделал ещё один глоток бренди и остался сидеть. Мне хотелось понаблюдать, поэтому я не пошёл к ней и не привлек внимания.
В такие моменты интересно увидеть, что изменится, когда она поймёт, что я здесь.
Она смеялась над чем-то, что сказал один из её команды, но в следующий момент что-то в ней изменилось. Она почувствовала моё присутствие. Резко, как будто ток прошёл под кожей.
На долю секунды её плечи чуть напряглись, дыхание сбилось едва заметно. Она не повернулась, не выдала себя.
Хорошая попытка. Засчитано.
Никто ничего не заметил. Команда продолжала болтать, никто не прервал фразу, не посмотрел в её сторону.
Она перевела взгляд по залу, по людям, проверяла, что изменилось. Но не нашла или сделала вид, что не нашла. Но тело отреагировало первым, и она это понимала.
Вот так лучше.
Я не шелохнулся и не дал ей повода. Пусть сама решит, что всё-таки почувствовала меня. Такой момент лучше не сломать своей инициативой.
Она взяла бокал со стола, сделала глоток так, будто хотела просто освежить горло, но я понимал, что на самом деле, чтобы вернуть контроль. Я видел подобное. Я отпил бренди, не сводя с неё взгляд.
Посмотрим, сколько времени ей понадобится, чтобы поднять голову выше и увидеть меня.
Она дала себе время, сделала вид, что ищет кого-то в толпе, и всё же подняла голову. Взгляд застыл и нашёл меня.
Мари не вздрогнула, не отвела взгляд. Она замерла на секунду как человек, который увидел не то, что ожидал, но именно то, что боялся найти.
Хорошо держится.
Я не улыбнулся, просто смотрел. Взгляд у неё стал внимательнее, она оценивала, как будто пыталась понять меня или себя.
Команда продолжала смеяться, перебивать друг друга, что-то заказывать, снимать на телефон то, что казалось им весёлым. Никто не заметил, что Мари уже не с ними.
Она вернулась в разговор за столом. Слушала, кивала, даже выдавила улыбку, чтобы никто ничего не понял.
Она знала, что я смотрю. И теперь пыталась вести себя так, будто это ничего не меняет.
Посмотрим, сколько она продержится.
— Ну, Мари, давай, открывай! — донеслось снизу. — Не притворяйся, что не любишь сюрпризы!
Я услышал без усилий, значит день рождения. Мы никогда его не отмечали, но я знал, что в мире людей это было важно. Мы жили долго, а для них каждый день как праздник.
Я поставил бокал на стойку, потому что решение пришло быстро.
— Томас, вернусь позже.
— Конечно, мистер Сайлас.
Я вышел, не стал даже смотреть на Мари.
Ювелирный работал допоздна. Мне не требовалось много времени, чтобы выбрать. Важно было только одно, чтобы подошло по смыслу. Демону всё равно на деньги, я всегда в достатке.
Я нашёл сразу серьги-кошки из белого золота, изумруды в глазах. Весь поход занял около получаса.
Когда я вернулся, бар был громче. Праздник разогрелся. Чей-то смех перекрывал музыку, кто-то уже танцевал на столе. Это был типичный «Дикий Койот», когда люди решают, что ночь принадлежит им.
Я прошёл внутрь. Охрана снова молча пропустила. Я подниматься наверх не стал, сразу направился к их столику.
Мари заметила меня первой. Она сидела боком, слушала кого-то из ребят, но взгляд метнулся ко мне, как только я вошёл в зал. На лице не было удивления, она ждала.
Я остановился у стола. Команда обернулась. Разговоры стихли не полностью, но но на секунду замедлились.
— Ты вернулся, — сказала Мари.
— Да.
Я положил на стол маленькую коробочку.
— С днём рождения.
Мари посмотрела на коробочку, но открывать не спешила, приняла спокойно, без «ой» и «не надо было», которыми люди обычно прикрывают неловкость.