— Лори не причинит вреда Йену, — сказал я тихо. — Она знает границы.
Мари снова посмотрела на меня. В её глазах была только настороженность и ответственность за другого человека. Не знаю, почему, но в этот момент её беспокойство показалось мне тёплым, человечески чистым.
И от этого внутри что-то йокнуло. Я бы хотел, чтобы кто-то беспокоился так обо мне.
Йен и Лори уже были на танцполе. Он держал её за талию чуть бережнее, чем требуется для формального танца, а Лори смеялась звонко, будто это была лучшая ночь в её жизни.
Она переигрывала. Слишком мягкая, слишком милая, слишком«я абсолютно безопасна, смотри, как легко со мной.
Я фыркнул про себя.
— Она слишком старается, — вырвалось у меня.
Мари отвела взгляд от танцпола ко мне.
— Ты ревнуешь?
— Нет, — я усмехнулся. — Если бы ревновал, Йен бы сейчас танцевал с кем-нибудь пострашнее. Лори просто выполняет задачу и иногда она увлекается.
Мари наблюдала за ними ещё мгновение, и в её лице было то, что мне нравилось, она видела глубже.
— Мой мир сложен, Мари, — сказал я наконец. — Не потому, что он тёмный, и не потому, что я демон. В нём слишком много тех, кто считает, что имеет право решать за других. Люди, демоны, ангелы. Любая сила требует платы. Любой выбор требует последствий.
Я посмотрел на неё.
— Я пытаюсь держать баланс. Но иногда, чтобы защитить одно, приходится бороться с другими.
Она молчала пару секунд, будто проверяла мои слова на вкус.
— Тогда скажи честно, — её голос стал тише. — Зачем ты послал Лори следить за мной?
Я не отвёл взгляда. Её честные прямые вопросы опаснее всего.
— Потому что ты оказалась в зоне интереса тех, к кому я не хотел бы тебя подпускать, — произнёс я. — И потому что я не мог быть рядом. Лори и есть мои глаза и рука, если понадобится вмешаться. Она должна была держать тебя в безопасности.
Мари чуть приподняла брови.
— Держать в безопасности или держать под присмотром?
Она видела меня насквозь, в этом было её преимущество и моя слабость.
— Оба, — признал я без попытки увильнуть. — Я не привык чувствовать себя беспомощным, особенно когда речь о тебе.
И тогда она спросила то, к чему я был не готов в этот момент, хотя ожидал.
— Чего ты хочешь, Сайлас?
Слова задели, снова её правда, как точные удары. Я шагнул чуть ближе, настолько, чтобы она почувствовала меня рядом.
— Тебя.
Ответил демон без лжи. Её глаза дрогнули, она что-то решала внутри себя. Я не успел коснуться её, Мари сама потянулась ко мне и поцеловала.
Во мне сорвался тот, кого я так отчаянно пытался не выпускать две недели.
Я ответил ей, поцелуй был тёплым, медленным с внутренним огнём. Я провёл ладонью по её щеке, другой по спине, она прижалась ближе, позволила себе перестать держать оборону.
— Пойдём, — сказал я хрипло, когда нам обоим стало почти невозможно остановиться посреди зала.
Она только кивнула. Мы вышли из зоны гостей так, чтобы никто не заметил, как мы растворяемся в коридоре. Музыка и смех остались позади.
Я привёл её в комнату невесты, открыл дверь, впуская её внутрь первой и закрыл за нами. Замок щёлкнул, мир по эту сторону отделился.
Комната была слишком нежной для того, что уже горело между нами.
Пудровые оттенки, кремовые стены, белые ленты, зеркало с лампочками, аккуратно разложенные булавки, коробочка с серьгами, тонкие кружевные чулки. Запах цветочных духов.
Этот мир был создан для невинной подготовки к самому счастливому дню. И именно поэтому всё казалось неуместным. Место было чистым, а мы нет.
Мари стояла у зеркала, дышала чуть чаще. Я подошёл к ней сзади, обнял. Мои пальцы прошлись по её руке, её ладонь легла поверх моей, и она переплела наши пальцы, боялась, что я исчезну, если отпустит.
— Уверена? — спросил я тихо, почти шёпотом, у её шеи.
Она обернулась, положила ладонь на мою щёку и прошептала:
— Если бы нет, я бы не поцеловала тебя первой.
Этого было достаточно. Я поцеловал её снова, не сдерживаясь. Мари ответила с тем же голодом, две недели молчания только накопили огонь.
Я притянул её за талию, приподнял, усадил на край туалетного столика. Её колени обвили меня. Голубое платье мягко скользило под моими пальцами. Каждое движение было медленным и чувственным.
Я провёл губами по её шее, к ключице, выше к уху. Она выдохнула, пальцы вцепились в мой пиджак, пытаясь прижаться ближе.