Внутри было прохладно, само место берегло моё упрямое стремление к порядку. Стены хранили полумрак, а на полках и столах вперемешку лежали мои находки с земли и из разных эпох.
Я собирал их веками: карманные часы, остановившиеся на трёх ночи, ржавый ключ без замка, пожелтевшие письма, написанные рукой давно сгнившего человека.
На полке рядом с книгами стояла детская деревянная лошадка из прошлого века, рядом лежал кусок витража из разрушенного собора и современный блокнот.
Всё это казалось чужим набором, но именно в хаосе артефактов я находил покой. Каждая вещь была для меня больше, чем память: это были доказательства, что я когда-то был там, среди живых.
Я сел на край стола. В тишине раздался звонок со старого, стационарного телефона. Его дребезжащий звук резанул воздух, возвращая меня в настоящее.
Глава 5. Мари
Под утро я проснулась. Часы показывали 10:00. Ого… вот это я поспала. Хорошо, что сегодня смены нет, и Бобу не пришлось бы строить нас в семь утра с похмельными мордами.
Голова гудела, а под рёбрами появилась трезвая мысль: о боже… я нарушила своё же правило, что никаких романов на работе. Я куснула пальцы, проверила кровать, Йена рядом не было. Молодец, наверное, для него это тоже была история на одну ночь.
И тут звон кружек на кухне.
— Мари, ты проснулась? — донеслось бодро. — Я завтрак готовлю!
«Блядь», — подумала я и зажмурилась. Мужчина, который ещё и завтрак готовит, цены бы ему не было.
Если бы не то, что для меня это всё равно ничего не меняло.
На кровать прыгнул Лео, мой британец.
— Малыш! Ты где был вчера ночью? Даже не встретил мамочку.
Он замурлыкал, потерся мордочкой о моё лицо и тут же жалобно замяукал.
— Ох, я знаю, малыш, злишься, что я привела кого-то в дом…
Я натянула майку и стринги, одеваться в своём же доме не хотелось, это он тут гость, пусть смотрит на мою попу и сиськи, мне всё равно.
Меня встретил улыбающийся Йен в одних трусах, загорелый и довольный, прекрасен, как Аполлон.
— Садись, Мари. Яичница, бекон, оладьи, кофе.
— Ого, ты умеешь готовить? — я приподняла бровь.
— Ну да, — пожал он плечами, как будто это было естественно.
Он поставил передо мной тарелку и чашку. Я попробовала и не выдержала от возгласа:
— Ммм… боже, как вкусно, Йен.
На секунду я даже поймала себя на мысли: вот бы всё было так просто: мужчина, завтрак, утро без головной боли, но нет. Для меня это была не история про «мы», а просто утро после.
Мы закончили завтрак. Йен протянул руку и накрыл мою ладонь.
Я откашлялась, кхм, и посмотрела на него своими большими глазами. Мне было неловко говорить это всегда тяжелее, чем думать.
— Слушай… на работе ноль романов. Ты же сам это знаешь.
Он кивнул, но в глазах теплилась надежда.
— Как раз вчера я хотел тебе об этом сказать. Я знал, что Брюс уйдёт в отставку и Боб займёт его место. Бобу всё равно на эти правила.
Эм, да? В голове пронеслось: боже, как же теперь отмазаться… Я не хотела делать ему больно, но и врать не собиралась.
— Йен, я дала себе слабину. Это не история про «мы». Это была ночь боли и обезболивающее. Ты мне приятен, правда, но я ничего к тебе не чувствую.
— Ох, Мари, — Йен провёл ладонью по волосам. — Правда, я же не слепой. Я видел: я тебе не нравлюсь так, как ты мне. Но то, что было вчера, я подумал, нам ведь было хорошо вдвоём? Скажи честно.
Мои глаза вспыхнули. Врать не было смысла:
— Было. Хорошо. Но это не меняет ничего, Йен.
Он выдохнул, на секунду опустил взгляд, потом вдруг улыбнулся почти мальчишески.
— Ладно. Пусть ты пока думаешь так, но я не сдамся. — Он встал, потянулся за футболкой. — Пожалуй, я пойду. Была прекрасная ночь и завтрак.
Он улыбнулся так, будто я его даже не обидела, и спокойно оделся. Я тоже поднялась, проводила его до двери.
— Йен, — я задержала его взгляд, — и всё-таки могу попросить? Пусть это останется между нами.
— Без проблем, — легко сказал он. — Но помни: я своё слово держу.
Он ушёл.
Почему-то на душе стало странно. Он всё равно собирался меня добиваться. Это было приятно, но не то, чего я хотела.
Лео потерся возле моих ног и уставился на дверь, громко мяукнув, сказав за меня: «Правильно, пусть уходит».
— Вот именно, малыш, — выдохнула я и почесала его за ухом. — Нам и вдвоём неплохо.
И тут телефон завибрировал на тумбочке. На экране написано Сара.
— Привет, милая, — её голос был ласковым, с привычным озорством. — Ну что, жива после вчерашнего?
— Вот только проснулась, — я потянулась и зевнула. — Тусовка была лучше предыдущих.