— Теперь пропустит, — уверенно отозвалась бабушка Светы. — Я вам с собой лутовку дам.
Старушка снова полезла в один из подвесных шкафчиков и на этот раз достала оттуда кусок коры дерева. Посмотрела на нас, а потом разломила его пополам и дала одну часть мне, а вторую — Светке.
— В карман положите, и идите смело, — напутствовала старушка. — И ещё, перед тем, как в лес вступите, поклонитесь и попросите вас пропустить, потому что дела тут пока закончили.
— Хорошо, бабушка, — отозвалась Светка, а я только головой покивала, что всё поняла и сделаю как велено. — Пойдём мы, пока автобус ещё ходит.
— Идите, не оглядывайтесь, и как сказала — всё сделайте. Ступайте, — проговорила старушка и сама за нами закрыла калитку, а мы со Светой второй раз за сегодня отправились на остановку. И на этот раз я смотрела вперёд, чтобы посмотреть, будут ли ответвления от центральной, основной тропинки. Ведь где-то же мы в прошлый раз свернули не туда?
Поклонившись, ступили под свод леса. И чем дальше от деревни мы отходили, тем сильнее меня тянуло назад, и всё больше вопросов появлялось в голове. И я решилась задать их подруге. Вот только ответит ли она мне на них, или так и придётся мне быть покусанной собственным любопытством ещё как минимум пару дней?
Глава 6
— Всё-таки странная у вас деревня, — отважилась завести разговор с подругой, когда лес, наконец, остался позади. Вернее, теперь мы стояли к нему лицом, потому что остановка так располагалась, но всё же мы из него вышли.
— И всё-таки эти странности тебя не остановили, и ты решилась пожить с бабушкой год, — озвучила Света то, что меня до сих пор смущало.
Ну, да, согласиться-то я согласилась, но если честно, то не из-за того, что Светина бабушка пообещала мне помочь разобраться с даром, хотя и это нужно, а из-за Сени. Я загорелась идеей, чтобы он помог мне с личной жизнью, чтобы указал на того, кто мне больше всего подходит.
Но, разумеется, этого я Свете рассказывать не стала. А то вдруг она это своей бабушке передаст, а та возьмёт, обидится и даст мне от ворот поворот. Как я тогда к Сене подберусь и с и ним договариваться буду? К тому же ему наверняка тоже время понадобится, чтобы мне помочь.
— Я просто подумала, что глупо отказываться от помощи только потому, что многое показалось странным, и придётся что-то поменять в своей жизни, пусть и довольно круто, — пожала плечами, вглядываясь в лес, который остался для меня нелогичной загадкой. Следуя логике, мы либо должны были заблудиться в нём, либо выйти к трассе, но никак не к деревне. А вышло — как вышло. И это не укладывалось у меня в голове, потому что было нелогичным. Впрочем, в деревне тоже многое было нелогичным, и я собиралась отыскать потерявшуюся в ней логику, потому что у меня всё всегда было по-полочкам.
— Это точно, и странного увидишь ещё больше, и придётся тебе жить в условиях, к которым ты не привыкла, — покивала Светла, вглядываясь, в отличие от меня, в транспорт на трассе. Я надеялась, что автобус быстро придёт, но он явно где-то задерживался. Вряд ли же бабушка отправила нас на остановку, когда до прихода автобуса по расписанию было много времени? Хотя, учитывая странности старушки, она могла и такое отчудить. В любом случае оставалось только ждать. Ну и со Светой болтать.
Вот, кстати о странностях.
— Свет, а как бабушку твою зовут? — задала первый из самых любопытных вопросов.
— Да кто как, — снова попыталась соскочить с темы Света. — Кто соседкой, кто бабушкой, а некоторое — каргой старой.
Я представила, как какой-то смертник так называет бабулю Светы в лицо, в смысле — каргой, и получает комком земли в… куда получится, но скорее всего в лицо. Или огребает хворостиной, что логичнее. Не станет же старушка нагибаться и пачкать руки из-за всяких идиотов?
Картинка получилась комичной, я её озвучила, и мы с подругой вместе посмеялись. Но всё же сбить себя я не дала.
— А я вот слышала, как её Виевной звали. Да и имя же у неё точно есть. Какое?
— Ой, да, некоторые и так зовут, — улыбка Светы стала какой-то резиновой, зажатой. Наверно ей нельзя об этом говорить, а я тут настаиваю. Вот она и выкручивается, чтобы и меня не обидеть, и то, что нельзя — не выдать. — А насчёт её имени, лучше сама у неё спроси. Я её только бабушкой, да бабулей зову. По имени её очень мало кто рискует называть.